Запретная любовь царя лабиринтов

Запретная любовь царя лабиринтов

Кристина Юрьевна Юраш

Попала в другой мир и сразу оказалась между двух чудовищ! Два царя, близнецы, противостоящие друг другу! А между ними маленькая жрица – я. Во дворце таинственно погибают жрицы одна за другой. В туманном лесу водятся страшные чудовища, таинственный лабиринт из хищных роз охраняет нас, но требует крови. А страж стоит перед выбором жизнь любимой женщины или долг принести ее в жертву. И эта любимая – я.

Кристина Юраш

Запретная любовь царя лабиринтов

Пролог.

“Чего мне бояться? Я ведь не сделала ничего плохого? Мне бояться нечего!”, – пролетела трусливая мысль, когда царь резким движением встал с трона.

Сейчас, в лучах закатного солнца, проникающих в тронный зал сквозь узкие окна, царь казался мне еще величественней и прекрасней. Массивные кожистые крылья, за его спиной подрагивали от раздражения.

“Нужно посмотреть ему в глаза, как ни в чем не бывало! Иначе он обо всем догадается!”, – сглотнула я, слыша его тяжелую поступь.

Мой взгляд опустился вниз, где позолоченное копыто едва ли не оставило трещину на светлом мраморе.

Я сделала глубокий вдох и резко подняла на него взгляд, словно и не боюсь его вовсе.

Всклокоченная грива темно-каштановых волос мягко огибала вызолоченные рога. Высокий, больше двух метров, Царь Лабиринтов сделал уверенный шаг в мою сторону. Широкоплечий, мускулистый, с фигурой атлета, одетый в легкий хитон – он походил на ожившее божество.

“Догадался! Догадался!” – задергалось что-то внутри, когда царь приближался ко мне.

Тёмно-синие, почти грозового оттенка, глаза правителя сузились. Во взгляде явно читалось превосходство и насмешка. Но сейчас он был грозен. Словно тучи собрались в роскошной зале, от одного его взгляда.

“Мне конец! А ведь было предчувствие! Как говорит одна моя знакомая птичка “Птичка Укак себе не враг!”, – стиснула я зубы.

Сейчас предстоит много врать, выкручиваться, возможно, даже умереть!

– Ты ничего не хочешь мне сказать, Лола? – спросил Царь Лабиринта, нависая надо мной, словно скала.

– Признаться в чем? – наивным голосом спросила я, чувствуя, как внутри все подобралось. Выдержать тяжелый взгляд чудовища было непросто.