Мой истинный – отступник

Я готовила скромный ужин на двоих и молилась Спящим богам, чтобы отныне ни один вечер мы не провели голодными. Ведь теперь я знаю, где можно раздобыть немного крупы. Я украдкой обернулась, настороженно прислушалась… Раздался тихий всхрап. Дышит! В последнее время моя бабушка слишком много спала и слишком часто говорила об Уходе. Во время таких разговоров мы обе плакали, я хватала родного человека за сухонькие руки и страстно просила замолчать. Бабушка гладила меня по голове, но в черных глазах уже много дней не горел огонь.

Она бы уже давно простилась с этим миром, но много лет назад она взяла на себя ответственность за жизнь дитя и не могла предать, не могла оставить свою кровиночку одну. И я благодарила Спящих за данное ею обещание.

Разложив кашу по плошкам, я поставила одну из них на прикроватный столик и наклонилась к бабушке.

– Просыпайся, пора ужинать.

Я дотронулась рукой до лица родного человека и едва сдержала крик. Кожа бабушки обжигала не хуже горящих поленьев.

Неужели горячка? Предательские слезы полились по щекам.

– Просыпайся, – взмолилась я и еще раз коснулась горячей щеки. – Пожалуйста, – тихонько попросила, уже зная, что не получу ответа.

Когда бабушка не отозвалась, я села прямо на холодный пол и оперлась спиной о кровать.

Что мне делать? Я совершила сегодня невообразимое, если об этом узнают, мне не сносить головы. Кто поможет? В городке, где мы проживали, были жестокие законы для таких, как мы с бабушкой. Трудовой народ не принимал нас в свои ряды, ведь мы были высокорожденными, а представители нашего круга не заступились за нас, когда наш род вырезали подчистую.

Когда мы с бабушкой бежали, никто не принял нас к себе.

Мы влачили жалкое существование вот уже который год. Но, когда бабушка была здорова, я не задумывалась, что с ней может что-то случится.

Элинор Мортон была женщиной сильной, не зря всю свою жизнь она пробыла главой рода. Железный характер, живой ум позволили нашему роду вести безбедное существование на протяжении более чем полувека.

Пока не пришли враги…

Когда случилось страшное, мне едва исполнился месяц. Элинор смогла спасти дитя, смогла вырастить и даже дать образование. Моя любознательность и упорство Элинор дали свои плоды. В свои неполные шестнадцать лет я бегло читала на трех основных языках королевства, в теории умела вести счета небольшого поместья, знала этикет и все тридцать два придворных танца.