Звезда Давида

Очень сильным был дедом.

– А ты как здесь очутилась, девка?

– Как все. Татары нас захватили, и я оказалась в Сарае. Меня купил один мурза. Я его наложница была. – Девушка потупила глаза, опустила голову. Лицо стало грустным, и Егору стало жалко девку.

– Меня зовут Егором, а тебя как? Откуда ты?

– Я курянка, Егор. А зовут меня Федорой. Думаю вернуться домой. Там меня уже лет десять ждут. Дождутся ли? – грустно заметила Федора.

– Вот выберемся отсюда, избежим нападения монголов, тогда можно без особого труда и тебе вернуться в родные земли.

 – Егор ласково смотрел в улыбающееся лицо девушки, и что-то приятное заполнило его грудь. И живот тоже.

– А ты откуда? – несмело спросила девушка.

– Хлыновский я. Но то не моя родина. Да я и не помню её. И не могу вспомнить, где я родился и где мои дорогие родичи. А хотелось бы… Ну ты закончила? Тогда пошли, я пройдусь с тобой.

– А что с ногой? – участливо спросила Федора.

– Монгольскую стрелу поймал в Сарае. Уже поджила малость, да ещё прихрамываю.

Никак с палкой не могу расстаться. Вот натрудил лопатой, теперь болит.

– Я могла бы попросить мою подругу. Она умеет лечить всякое.

– Да? – радостно воскликнул Егор. – Когда сведёшь меня? Буду благодарен. И могу подарить что-нибудь красивое.

– Да хоть сейчас, – с воодушевлением воскликнула Федора. – Пошли. Здесь уже всё закончено. – Девушка обернулась к могиле, перекрестилась и пошла. За ней пошла вторая. Она была явно нездорова и выглядела старше на много лет.

Звали её Катей. Была она дурнушкой и за всё время не проронила ни слова.

– А что с твоей подругой? Она так ничего и не сказала. – Егор с любопытством поглядывал на женщину и признал, что она совсем не могла никого привлечь.

– У неё ребёнок погиб в городе, – шепнула Федора. – Как-то зацепили саблей.

– Сколько ему было годков?

– Полтора годика. Она очень его любила. Теперь ни с кем не разговаривает.

Разговор прервался. Они пришли в лагерь. Девушка кивнула, приглашая за собой.

Егор прошёл шагов пятнадцать и вдруг увидел ту самую девушку. А Федора сказала, обращаясь к ней:

– Гузель, сделай что-нибудь этому воину. У него нога никак не заживёт.

Гузель подняла глаза на Егора, и в них что-то засветилось добротой и даже радостью. Его лицо тоже озарилось улыбкой, и молодой ушкуйник довольно робко поздоровался.

– Так ты можешь боль снять, Гузель? Странное имя.

– Так она узбечка, Егор, – воскликнула Федора. – Там оно обычное.