За всё придётся платить. Книга третья. Игры магов

И он постарается полюбить.

– Целуйтесь, дети мои и будьте счастливы.

Бранда красивым жестом откинула, открывая лицо, фату. Щёки её зарделись, она скромно прикрыла глаза, ожидая поцелуя.

Риз потянулся к ней. Его пугало отсутствие каких-либо чувств к девушке – это было неправильно. Юноша коснулся губами её губ, задержался, напряжённо прислушиваясь к себе, ища в глубине души малейшую зацепку, чтобы хоть чуть-чуть оправдать это движение, разбудить в себе то, что позволит ему разделить с ней ложе, разделить с ней жизнь.

Риз закрыл глаза. Ощутил, как её губы стали влажными, ощутил еле уловимое движение навстречу, побуждаемое желанием, до этого момента сдерживаемое приличиями и теперь ищущее выхода. Он очень хотел ответить, но у него ничего не получалось.

И вдруг его рука сама легла ей на талию и притянула к себе. Сердце заколотилось, готовясь выпрыгнуть из горла. Чувство бесконечной нежности волной накрыло сущность, с лёгкостью выбрасывая оттуда и мага, и дракона. Он захотел. Но не её. Другую.

Риз отпрянул. Ледяной озноб пробежал по спине. Он поспешил вновь закрыться – то что он испытал, не имело право на существование.

– Прости. – тихо произнёс юноша, словно извиняясь за невольную измену.

– Ничего. – также ещё слышно ответила Бранда, по-своему поняв поступок жениха.

– Терпение, мой друг. – грубо нарушая торжественность момента, громко сказал Гордон. – У тебя вся ночь впереди. – он уже готов был расхохотаться, но вспомнил, что в кастерии неприлично так себя вести, и прикрыл рот кулаком, ограничившись лёгким похлопыванием зятя по плечу.

– Идите с миром. – закончил церемонию священник. – Да хранит вас Азаар!

Риз не знал куда деваться, он крайне неуютно чувствовал себя рядом с Брандой. Совершенно потерявшись, юноша взял её за руку и направился в сторону выхода, делая всё это машинально, мало понимая зачем.

– Что-то случилось? – спросила на ухо Цера, когда они все покинули кастерию. В её голосе проступала озабоченность состоянием мага, которое ей, хорошо успевшей его узнать, не укрылось от её внимания.

– Нет, всё хорошо. – юноша натужно улыбнулся. – Я в порядке.

– Я вижу. – скептически заметила посажённая мать. – Будто змею увидел.

Её слова заглушили приветственные крики, собравшейся на торжество, толпы. Из неё выделилась дородная женщина с большим деревянным подносом, накрытым разноцветным, украшенным орнаментом рушником, на котором лежал каравай. Она с поклоном подошла к девушке.