Меч равновесия

Жаль, что нам нельзя присутствовать на представлении. Наше дело ждать его в машине и не отсвечивать.

Когда Николай поднялся на площадку, где находилась нужная квартира, он, на взгляд постороннего наблюдателя, превратился в стельку пьяного мужичка. Привалившись спиной к косяку со всей силой стал колотить ногой в дверь. Подъезд наполнился грохотом и матами:

– Виталик, сука! Выходи, ты когда … бабки отдашь! Как бухать на шару – так все мастера, а похмелить другана – никого нет! Попрятались!

Время от времени Николай прислушивался, заглядывал в замочную скважину, но за дверью было тихо.

Он бесновался минут пять, как раз столько, сколько ему требовалось серьёзно войти в роль. Вдруг дверь соседней квартиры приоткрылась. В образовавшейся щели, чуть повыше дверной ручки, появился сначала сморщенный нос, а затем и лицо старушенции. Внимательно оглядев соседского «другана», она отважно начала его отчитывать:

– Чего это ты тут буянишь, сморчок обожравшийся?

Колёк, слегка растерявшись, уставился на старуху.

– Бабка, а где Виталь-ик? – Неожиданно для себя самого он натурально икнул.

– На кладбище твой Виталик. Вот также обожрался как ты и сдох. Тебя вот не дождался. Ну ничего, скоро и ты к нему туда… Там и встретитесь.

– Помёр говоришь, а кто щас в его доме обитает?

– Внучок его – Сёмка. Папашу-то Сёмкиного посадили. И Сёмка стелет туды ж дорогу. «Друганов», вроде тебя, только молодых. Баб полный дом наведёт. Ни днём ни ночью покоя нет. Зря ты колотишь. Со вчерашней ночи тишина у них.

Куды-то пропали все. И ты иди.

Старушка притворила дверь своей квартиры. Было слышно как крутанулся в замке ключ.

Бобылюк, играл «спектакли» честно. Работал до конца. Он ещё несколько раз пнул по двери, громко выматерился и неровной походкой двинулся по ступенькам. На улице, не выходя из роли, закурил и покачиваясь направился в сторону магазина, чтобы затеряться в толпе.

Ожидая результат разведки, опера травили анекдоты. Когда Николай втиснулся в машину все притихли.

– Ну что герой-одиночка, радуй своими успехами, – повернулся к нему Вышутин.

– Похоже попали в цвет. Нутром своим чую! – начал докладывать Бобылюк. – Короче, хозяин тачки умер, его сынок за что-то подсел на зону, в квартире хозяйничает внучок – Сёмка-Семён. Со слов старушки-соседки – не квартира, а настоящий вертеп. И вот что интересно: как раз вчера была гулянка. А вот к утру – вся весёлая компания куда-то испарились.

– Во пруха! – не удержался Роман.