Розовый завод

Я вообще сильно рад, что совок не смог убить русскую православную церковь, душу нашего народа…

– Увидели? – перебил поток благостных мыслей начальник. – Подойдите и впарьте. «Копейку». Я буду рядом. Подстрахую. Лады?

– Лады.

Я осторожно подошёл к толстяку, и он посмотрел на меня с интересом, какой, наверное, проявляется у влюблённого в работу энтомолога при виде доселе неизвестного науке таракана.

– Вы хотите купить машину? – спросил я отчего-то срывающимся голосом.

– Да, капитан!!! – просиял улыбкой толстяк.

Похвала приятно радовала, но нужно было «впаривать». И я показал рукой на «РАЗы».

– Вот, выбирайте, какой цвет нравится.

– Цвет! – хмыкнул толстяк. – Я чо те, баба? На кой мне цвет? Мне надо, чтоб они до Франции доехали.

– «Копейки»? – на этот раз удивился я.

– «Копейки», «копейки», родной. Кое-кому во Франции очень интересны наши «копейки».

– Но у них же есть «Рено», «Ситроен», «Пежо», «Бугатти»…

– Э, брат! С таким настроением ты мне слона не продашь! Ты чо, типа честный продавец?

Я моргнул.

– Ты смотри. Редкий вид. А скажи, честный продавец, по какой минимальной цене ты мне впаришь партию «копеек»?

Я растерялся. Цен местных я не знал. Знал только рыночные. Но Гришка Седов из восьмого дома говорил, что цена на «копейку» падает в два раза сразу после выезда из заводских ворот. Нужно умножить на два? Но покупатель хочет оптовую цену.

Выручил шеф.

– Сколько машин надо? – деловито спросил он толстяка.

– Я разве с тобой разговариваю? – нахмурился тот. – Я с честным торгуюсь. Какую цену скажет, по такой и куплю.

Я, наконец, умножил в уме.

– Четыреста тысяч рублей. Но на эти деньги вы можете купить приличного бэушного «Форда».

– Четыреста? – поморщился толстяк. – Ладно. Пацан сказал, пацан сделал. Заверните мне десять штук. Там перед входом прицеп. Загоните. Где у вас тут касса?

– Вон там! – заботливо подсказал Игнат Павлович. – Позвольте, я вас провожу.

И повёл христианина к месту расплаты.

Я растерялся и стоял на месте, пока шеф не вернулся.

Выглядел он странно. И вопрос задал странный.

– Вы кто?!

– В смысле?

– Вы – Бог? Просто притворяетесь новичком? Из любви к искусству? Вы скажите мне. Я не проболтаюсь. Вы проверяете «АвтоРАЗ», да? Из министерства, да? Бывший продажник, да? Признайтесь!

– Я просто продавец.

– Просто продавец, – ухмыльнулся Игнат Павлович. – Звучит как песня.