Чехова, 16

– Сегодня он даже не пошел со мной на фехтование, хотя всегда любил уроки боя от Йодхана, – закончил Виджей. И добавил: – Пап, я понимаю, завтра очень важный день и у тебя полно дел, но, может, ты поговоришь с царем об этом?

Викрам глубоко вздохнул, устремив взгляд на Абхат-мандир. И степенно кивнул.

– Хорошо, Виджей, я постараюсь найти время для этого разговора, – пообещал он. – А теперь пора спать. Я попросил выгладить твой парадный костюм.

– Спасибо, – устало сказал мальчик, обнимая отца.

Викрам взъерошил сыну волосы и улыбнулся:

– У меня есть для тебя подарок. Я хотел преподнести его завтра утром, но, думаю, сейчас он более уместен.

Отец достал из складок маленький расшитый золотом мешочек.

Следуя древней традиции, Виджей низко поклонился и принял подношение обеими руками. Он развязал шнурок и высыпал себе на ладонь горсть глянцевых черных зерен.

– Сармитовые семечки? – удивленно спросил он.

– Верно. Съешь парочку и запей водой, – посоветовал отец.

– Это очень дорогой подарок, – не удержался Виджей.

Отец усмехнулся, расправляя полы своего шервани:

– Ты не переставал радовать меня в последнее время. Все учителя в один голос хвалят тебя. А похвала мудрейших многое значит. Я горжусь тобой, Виджей.

Мальчик просиял и еще раз поклонился.

Викрам обнял сына, поцеловал его в макушку и вышел из комнаты.

Оставшись в одиночестве, Виджей, не раздеваясь, присел на кровать, положил на ладонь два черных зернышка, но так и не решился их проглотить.

Мальчик не знал, сколько времени он проспал, но, когда он открыл глаза, за окном было по-прежнему темно. Виджей поднялся, тряхнул головой, прогоняя сон, и прислушался. В комнате для гостей на втором этаже кто-то громко разговаривал. Виджей узнал голоса отца и нескольких слуг. Мальчик поначалу хотел спуститься к ним, но внезапно услышал цокот копыт на улице.

Он выбежал на балкон и разглядел в темноте спешащего к дому одинокого всадника. Наездник явно не жалел скакуна, нещадно орошая его бока ударами плети. Когда гонец спешился и бегом направился к воротам особняка, в груди у Виджея похолодело.

Он всмотрелся в утреннюю дымку, окутавшую царский замок и увидел бледно-красные огни на сторожевых башнях.

Абхат-мандир был поднят по боевой тревоге.