Живое и мертвое

Винни помахал им натертой рукой и потрусил ко рву.

Санти закрепил веревку, посмотрел сначала направо, где был один выход на стену, потом налево, где находился второй, через который вылезли они. Караул должен был явиться справа. Им нужно было уходить налево. Причем, как можно скорее.

– Плывет, – похвалился Митрик, отваливаясь от края стены и глядя на спорщика. Шансы на победу у сына советника, по мнению Митрика, таяли на глазах. Винни уже сделал то, что казалось невозможным. Все остальное в сравнении с этим выглядело теперь несущественным.

– Пусть, – кивнул Санти. – Уходим.

Двое его приятелей безропотно повернули налево и потопали к спуску.

– Как уходим? – опешил Митрик. – А Лупо?

– А что Лупо?

Митрик задохнулся. Глаза его полезли из орбит, кулаки стиснулись.

– Ты обещал, что поможешь ему вернуться. Ты говорил, что твой отец…

– Ты его здесь видишь? – спокойно перебил Санти.

– Кого? – растерялся Митрик.

– Моего отца.

Митрик мотнул головой, не совсем понимая, куда клонит сын советника.

– А раз его здесь нет, – хладнокровно отозвался Санти. – Значит, он не поможет. Ни ему, ни нам. Уходим. Вернемся позже.

– Но… – протянул Митрик.

– Хочешь, оставайся, – пожал плечами именинник. – А я пошел. Через минуту здесь будет стража, и тогда никто уже никому не поможет, зато совесть у тебя будет чиста.

Митрик застыл в нерешительности. Санти и двое его друзей уходили прочь. Митрик глянул вниз, где в черной воде рва плескался Винни.

Секунду-другую он боролся с желанием позвать друга. Он мечтал сейчас только об одном – чтобы Винни обернулся. Он корил себя только за то, что позволил Лупо полезть на эту стену вверх, а потом по этой веревке вниз. Ругал себя последними словами, что не отговорил друга от идиотской затеи. И мечтал, чтобы тот обернулся. Но чуда не произошло. Винни Лупо плыл в черную неизвестность, не оглядываясь. А звать его сейчас было смерти подобно. И для самого Винни, и для тех, кто остался на стене, включая самого Митрика.

Выждав еще секунд пять, он отвернулся от стены и побежал вслед за Санти. Оставалось верить, что они вернутся позже с полномочиями и вытянут Винни Лупо из-за стены.

Любви к Вете у него нет и никогда не было. А страсть не греет. И выветрившийся алкоголь тоже. Винни отчетливо понял это на середине рва. Вода во рву, если это густое, склизкое и вонючее нечто можно было назвать водой, оказалась не просто холодной.