Тысяча ударов сердца

Довольный, я устроился в траве, возвышавшейся вокруг меня зеленой стеной, и наблюдал за наступлением сумерек.

Я улыбался в кромешной тьме, окутанный теплым дыханием ветра.

Кто-то дотронулся до моей щеки. В отличие от местности, прикосновение чудилось до боли знакомым, родным. И одновременно чужим.

– Вот и ты, – выдохнул я.

– Да, – шепнул голос.

– Останься. Без тебя так одиноко.

Молчание. Ласковая рука гладила меня по щеке, по волосам. На сердце воцарился покой, я будто сделался неосязаемым и вместе с тем по-настоящему зримым.

Умиротворение было таким, что на глаза навернулись слезы. Слезы осознания, что это всего лишь сон. Я не плакал. Душа давно задубела. Но очень хотелось.

Услышав мой всхлип, из темноты вынырнула Колючка и ткнулась носом мне в лицо.

– Где ты пропадала? Мне пригрезился восхитительный сон. – (Она тоненько тявкнула.) – Нет, не про тебя. Но не волнуйся, скоро я добьюсь того, что принадлежит мне по праву, и заберу тебя.

Мрак за окном рассеивался, занимался рассвет. Чуткая, как все звери, Колючка пристроила мордочку на подушку и засопела.

– Почему ты всегда возвращаешься? – шептал я. – Почему не боишься меня? Ведь все вокруг боятся.

От Колючки веяло теплом. В небе гасли звезды. Конечно, все это не сравнить с ощущением покоя, дарованного мне утешающей рукой… однако ничем лучшим я не располагал. По крайней мере, пока. Но близок тот час, когда мне не понадобится никакого утешения.

Анника

Наутро у меня немилосердно болели мышцы, зато внутри все ликовало.

– Ноэми? – сонно окликнула я, перекатившись на бок.

Вечно забываю, что теперь мне не обязательно спать на животе.

– Да, госпожа?

– Который час?

– Все уже позавтракали, но я принесла вам еду сюда. – Она кивнула на столик у нерастопленного камина.

– Ты ангел, Ноэми. Спасибо. – Я поднялась, ощущая приятную боль в конечностях.

Ноэми помогла мне облачиться в халат. Удобно устроившись в кресле, я поставила ногу на мягкую подушку и с аппетитом принялась за еду. Крошки сыпались мне на грудь, на рукава. Даже эта малая толика свободы вызывала улыбку. Проглотив очередной кусок, я блаженно вздохнула.

Стук в дверь заставил меня выпрямиться.