Тайник. Сборник

Но ни грома, ни грозы, а молнии рыжие-рыжие. И море синее-синее. Я даже не знал, что такой синий цвет существует. Похожий на… глаза у лиса. Глубокие, манящие, как глубина. Я проснулся от шума ливня, но это лишь мама выплёскивала воду на цветы. Ави уже протирал глаза и тянулся рукой к псалтырю.

– Том, мне всю ночь дождь снился, – признался брат.

– А мне автомобиль дяди Джерарда. Помнишь, на котором он нас отвёз в порт, мы ещё тогда с ним поспорили, на сколько лошадиных сил он тянет, – соврал я.

– И он гнал эту железку так, что чуть не вылетел с пирса, – пробурчал Ави.

– Ничего подобного! Мы опаздывали!

Но вошла мама, и мы замолчали.

– Как спали? Всё хорошо? Ночью тут такой ливень прошёл…

– М-да. А вина вроде и не пили… – протянул я, вставая с постели и натягивая свои брюки. Ави промолчал: он уже был погружён в молитву. И, чмокнув его в макушку, мама вышла из комнаты.

После завтрака Ави подоил мисс Шерри, а я прополол картошку и лук.

– Сегодня после дождя дел куда меньше. Зато воздух отменный.

Идите-ка гулять. И не забудьте принести винтовку.

С этими словами мама удалилась в дом и вынесла нам на блюдце здоровенный кусок пирога.

– Смотрите, чтобы по пути вы не забыли, что на блюдце должна остаться хотя бы половина, – улыбнулась она нам, но, когда мы уже отошли на десять шагов, она вдруг выбежала из дома.

– Ави! Том! Возьмите с собой книгу! Почитаете на свежем воздухе! Увидев в руках мамы очередную книжку в старом переплёте, Ави сунул мне блюдце с пирогом и рванулся к ней.

Я же вдохнул ароматный пар, ещё исходивший из-под белёной ткани, которой было закрыто яство. Неужели мама успела испечь его до того, как мы проснулись? И, глядя на радостного, спешащего ко мне Ави, размахивающего увесистым томом, я только вздохнул себе в ответ. Мы ещё так плохо знали свою маму…

Всю дорогу Ави болтал, не умолкая, словно где-то в нём прорвало многолетнюю дамбу. И всё о каких-то пустяках: опять о своей схоластике, богословии, Лойоле, Августине! Господи, избави, они уже тогда были у меня в печёнке.

Оба! А печёнка у меня одна. Ну да ладно. На то ведь мы и братья, чтобы доводить друг друга.

Когда мы пришли к норе, день уже разгулялся. Над полем носились ласточки и чайки. Рой бабочек кружил над цветами. Мы без труда отыскали то место, где вчера видели лиса. Словно и вправду все дороги мы помнили. Однако, опустившись на росистую траву, Ави ткнул меня в бок.

– Том, смотри!

– Ну, винтовка. Иди, бери её сюда.