Коварство любви

Мне нужно поговорить с тобой!

Девушка развернулась, глядя на него со ступеньки, на которой стояла.

– Я иду спать, – холодно сообщила она.

– Прежде мы должны все обсудить, – ответил он. – Иди сюда. Пройдем в мой кабинет.

Темные глаза Калли, столь похожие на глаза ее брата, вспыхнули от гнева, который она сдерживала на протяжении последнего получаса.

– Что? Я теперь даже в собственную спальню не могу отправиться без твоего позволения? Мне каждый шаг с тобой согласовывать?

– Черт побери, Калли, ты же знаешь, что дело не в этом! – взорвался Рошфор, принимая угрожающий вид.

– Нет? А мне показалось, на протяжении последнего часа ты только тем и занимаешься, что отдаешь мне приказы.

– Калли! – Герцогиня переводила изумленный взор с герцога на его сестру и обратно. – Рошфор! Что происходит? Что между вами произошло?

– Ничего, о чем следовало бы волноваться, – отрезал он.

– Нет, за исключением того, что мой брат внезапно превратился в деспота! – воскликнула Калли.

Рошфор со вздохом провел рукой по своим темным волосам.

– Черт подери, Калли, тебе отлично известно, что я не таков. Когда это я вел себя деспотично?

– Никогда вплоть до настоящего момента, – язвительно заметила она, смаргивая навернувшиеся на глаза слезы.

Рошфор всегда относился к сестре с заботой и добротой, поэтому ей было невыносимо тяжело смириться с его нынешним поведением. Он всегда был любящим и во всем ей потакающим братом, поэтому Калли очень ценила их отношения, особенно наслушавшись рассказов других девушек о братьях и отцах, отдающих им приказы и требующих беспрекословного подчинения.

– Мне очень жаль, Калли, если я обидел тебя сегодня вечером, – чопорно произнес он, терпеливо-благоразумным тоном лишь больше распаляя сестру. – Прошу прощения, если мое поведение показалось тебе чересчур резким.

– Резким? – У нее вырвался горький смешок. – Вот как ты, значит, определяешь свое поведение? Как резкое? Я бы назвала его скорее повелительным. Или, возможно, деспотичным.

При этих словах черты лица герцога исказила гримаса.

– Как я вижу, ты все неправильно поняла, но, смею напомнить тебе, мой долг – оберегать тебя. Я твой брат, и моя обязанность – заботиться о тебе.

– Я уже давно не ребенок! – вскричала Каландра. – Я и сама в состоянии позаботиться о себе.

– Насколько я могу судить, ты преувеличиваешь собственные силы, – парировал он, – принимая во внимание, что я обнаружил тебя в саду наедине с незнакомцем.