Вкус вечной ночи

Для набора фрейлин в блистательный Петербург обязательно приезжал представитель от самого императора, и именно его сегодня с нетерпением ожидали молодые благонравные девушки, среди которых была и дочка подполковника Жуковского, Анастасия.

Одетая в традиционное белоснежное платье дебютантки, с прикрепленной на груди бутоньеркой из алой розы, великолепная в юной красоте, она была собрана, холодна и настроена очень решительно.

Уже давно она мечтала покинуть родной город и сменить его на вечно праздничную иллюминацию далекой северной столицы, и сегодня этот шанс был близок к девушке как никогда.

По мнению начальницы института, Анастасия была одной из самых блистательных выпускниц за всю историю заведения, и дело оставалось лишь за малым, а именно – понравиться императорскому представителю.

В отличие от других выпускниц, восемнадцатилетняя Настя обладала какой-то совершенно изумительной холодной красотой. Ее длинные черные волосы, забранные в высокую прическу, открывающую шею, невероятно привлекательно оттеняли белоснежную кожу девушки, а еще более черные, нежели волосы, и совершенно бездонные глаза втягивали в себя мужские взгляды, словно опасные колдовские омуты.

Чувственные скулы и алые губы дебютантки еще более добавляли ей неповторимого тонкого шарма, и каждый из приглашенных на бал литераторов решил для себя сегодня, что обязательно потом напишет об этой девушке стихи.

Затянутая в корсет, что неповторимо подчеркивал ее полную наливную грудь, Настя двигалась легко, изящно, и совершенные ее манеры давали основание полагать, что именно она сегодня будет королевой бала.

Всей внешностью своею дочка подполковника напоминала прекрасную статую, что вышла из-под рук самых лучших итальянских мастеров, и было совершенно неудивительно, что именно на нее сегодня в изумлении смотрели все прибывшие на бал мужчины.

Было очень оживленно. Великолепный зал освещался множеством восковых свечей, что наполняли собою подвешенную к потолку хрустальную люстру. По лакированному дубовому паркету скользили в танцах пары, сменяя полонез венским вальсом, а его – лансье и котильоном.

Кто не желал танцевать – тот развлекался, играя в шахматы, карты, попивая вино из кубков, сплетничая и ведя философские беседы о последних событиях в свете общества.

Как и у прочих дам, у Насти на запястье, расположенная поверх тонкой перчатки, была специальная книжечка, куда она заносила имена приглашающих ее на определенный танец кавалеров.