Роскошь и тлен

Этот мир для таких, как я, но даже мне пришлось пролить много крови, чтобы жить так, как мне хочется. Просто прими это. И дыхни. Станет легче.

Эмили отрицательно мотнула головой:

– Ты же знаешь, что я не стану курить опиум. Так что не стоит. Из всего, что затуманивает разум, я предпочитаю алкоголь, да и то не каждый день и не до поросячьего визга. – Она на мгновение задумалась, поджав нижнюю губу. – Знаешь, мой мир тоже не идеален. Далеко не идеален. В нём есть жестокость, несправедливость. Но есть и выбор.

Ян пожал плечами и затянулся из двух трубок сразу.

– Больше предлагать не буду. Если передумаешь, просто попроси. – Глядя на то, как дым складывается в причудливые фигуры, он задумчиво добавил: – Выбор – это иллюзия. Выбор есть у тех, кто способен за него заплатить – деньгами или кровью. У остальных его нет.

Внезапно девушку посетила идея, и она даже заулыбалась от собственной догадливости.

– Я вдруг вспомнила, что кто-то задолжал мне желание…

– Разве я не сделал того, что тебе захотелось, вчера? – плутовато приподнял бровь Ян, как бы невзначай проводя тыльной стороной ладони по пояснице, что ещё помнила болезненные прикосновения его рук – того гляди тоже синяк появится.

Но длилось это недолго – он отстранился и вновь обаятельно улыбнулся:

– Ладно уж, пока я добрый, загадывай ещё одно.

– А ты, я посмотрю, считаешь себя мечтой любой женщины, – возмутилась Эмили непристойному намёку.

– А разве это не так? – не меняясь в лице, отозвался Ян. – Напоминаю, что всё происходящее было целиком твоей инициативой.

– Ты… да ты…

«Спокойно, Эмили, не спорь с ним, не давай вывести из себя – похоже, доводить людей до белого каления нравится ему ничуть не меньше, чем убивать. Поэтому – успокойся.

Чуть восстановив самообладание, девушка усмехнулась:

– Я не говорила, что это было моим желанием, так что не считается. И нет, я не потребую от тебя никаких трат, но мелочиться не буду, не надейся. Я хочу, чтобы… – Эмили говорила с уверенностью, но на этом месте все равно запнулась. – Чтобы женщины из подвала сменили тёмные камеры на уютные комнаты, и ты не трогал их более, а заботился. Чтобы у них всегда были свежая еда и вода, чистая одежда.