Новые люди. Том 2

Новые люди. Том 2

Александр Францевич Воропаев

Миссия бывшего стажера полиции Анны Нойманн, отправившейся к лесным людям, потерпела неудачу. Матиуш Ардо, обвиненный в убийстве брата, бежит из темницы и движется навстречу новым испытаниям.

Старые клятвы утратили свою силу, отношения больших и малых домов переживают кризис. Тревожные события происходят и на Королевском холме в столице Восточного Предела. Дети Дерика Фюргарта должны будут взять на свои плечи груз ответственности за судьбу Восточных Холмов.

Будет ли милосердно к ним будущее?

Александр Воропаев

Новые люди. Том 2

Глава 20

Анна Нойманн

– Где мы? – спросила Анна.

Они сидели в каком-то овраге. Глиняные склоны были покрыты елками с голыми ветками. Франц пристроил пятую точку на гнилой ствол и, опустив голову, понуро смотрел вниз.

– А я знаю? – устало ответил он.

– Это уже утро. Мы бежали всю ночь. Я точно помню, что мы пересекали реку. Значит, мы на своем берегу.

– Если это была Эльде.

Здесь что, других рек нет?

Анна посмотрела на него. Да, они вымотались. Бока Франца ходили туда-сюда. Как у замученного пса. Она и сама не чувствовала ног. Все ее тело гудело.

– Нет, лучше будем считать, что это Эльде. Не хочется верить, что мы так долго бежали не в ту сторону. Тогда Пархим будет там. – Она ткнула пальцем в противоположный склон.

– Сейчас появится солнце, и мы узнаем… Давай немного посидим. Теперь мы далеко от всего этого.

Анна вздрогнула. Они, не сговариваясь, до сих пор не упоминали о том, что произошло накануне.

Говорить об этом было жутко. И, кроме того, она толком ничего не помнила. В последовательности событий были ужасающие дыры.

После того как Суток закричал и на него набросились береттеи, его посох упал как раз между Анной и Францем. Она помнила, как жезл залил их малиновым светом. Потом была эта вспышка. Чарли превратился в светящийся столб. Это длилось лишь секунды, а потом… Потом она бежала. Ужас гнал ее жгучей плеткой.

Ужасом был пропитан воздух и все вокруг. Пространство вокруг сгустилось до вязкой темноты, наполненной страхом и отчаянием. Ужас был осязаем как нечто материальное. Ее тело взяло вверх над разумом и хотело только одного – выжить. Что стало с береттеями, она не видела, не помнила или не хотела помнить.

В сознании возник образ лесного царя, этого голиафа с невозможным для запоминания именем. Он шел на четвереньках по дрожащей земле, пошатываясь, как медведь.