Туман

Перейдя через улицу, сердце Максима учащённо забилось, а внутреннее волнение ватой поднялось к самому горлу, потому что он увидел ту, которая когда-то чуть было, не стала его женой, и которую он вспоминал сегодня утром, идя к остановке. Макс так и не виделся с ней после своего внезапного бегства перед свадьбой, а с тех пор прошёл почти год. Был только один телефонный разговор на следующий день после его исчезновения. Вернее даже, не разговор, а монолог этой девушки: нервный, истеричный, с оскорблениями в адрес беглеца, но поставивший жирную точку в их романе.

Максим немного растерялся, и возникло даже постыдное желание немедленно затеряться в толпе. Он был не готов к этой встрече, а если честно, то никогда об этой встрече не думал, не мечтал, и разумеется, не представлял себе сейчас по какому сценарию пойдёт разговор. Но отступать было поздно, поскольку девушка его заметила, решительно направилась к нему, и первая же её фраза обещала лёгкость, а не скандальное направление предстоящей беседы.

– Привет вояке, покинувшему поле боя.

Макс заулыбался, застенчиво опуская глаза и, разглядывая её стройные ножки, красующиеся под бордовым юбочным костюмом, сказал:

– Ты даже не представляешь себе, насколько ты сейчас права.

– В том, что поздоровалась с тобой? – попыталась пошутить она.

– Нет. В том, что «…покинул поле боя», – старался Максим, как можно быстрее избавиться от неуверенности.

– А я рада, что такой красавчик, как ты, не стал воевать до конца, иначе бы я не встретила в своей жизни настоящего мужчину, – ответила она чуть дерзко и, как бы невзначай, продемонстрировала обручальное кольцо на пальчике.

– Я рад за тебя, – поздравил её Макс и, вполне, искренне.

– Будем стоять или присядем? – спросила девушка и призналась: – У меня есть несколько свободных минут.

Максим огляделся по сторонам, реагируя на её предложение. На автобусной остановке, хотя лавочка и была свободна, но рядом толпились пассажиры, а других посадочных мест поблизости не наблюдалось. Пойти в столовую и хлебать за разговором суп, – такой вариант Зиновьев даже не рассматривал.

– Лучше отойдём к киоску и просто постоим, – предложил он, – если тебя это не затруднит. Так даже удобнее разглядывать тебя и запоминать твою красоту.

– Чего тогда сбежал, раз я такая красивая? – упрекнула она, заходя вместе с ним за табачный киоск.

– Ты же сама сказала, что я испугался бытовой войны, в которой твоя красота могла для меня померкнуть, – пустился он в объяснения.