"Чёрная "Волга"

"Чёрная "Волга"

Никита Нефёдов

I. Полуночная прогулка

Москва, наши дни…

Скромная городская весна готовилась уступить сцену душному лету, с успехом выступив у него на разогреве. Калёное солнце, отмерив очередной день, устало ползло к горизонту. Ночь заботливо укрывала столицу, пока один из дворов эхом вторил похабному рэпу.

– Короче, развели мы этого лоха, как нефиг делать. Он даже, когда деньги отдавал, приговаривал, типа, какие мы молодчаги и всё такое.

Трое парней на детской площадке негромко захохотали. Последний час они распивали «двушку» пива, забивали лёгкие едким никотином дешёвых сигарет да травили друг другу байки о своих приключениях.

Изредка они прерывались, чтобы подпеть Нойзу, Оксимирону и другим иконам русского рэпа, чьими треками разрывалась старенькая колонка.

– Да, Лёха, ну ты мастер, блин! – похвалил рассказчика один из слушателей, пока второй зависал в онлайн-чатах.

Плейлист умолк, и площадку скоро затуманила тишина. Сперва развесёлые истории о попойках и гоп-стопах закончились, а следом – и увеселительное зелье в пластиковой бутылке без этикетки.

Вскоре к концу подошли и запасы дрянного курева, купленного на сдачу с пива и чипсов. Пришла пора расходиться по домам.

Начавшая трезветь компания попрощалась дружным рукопожатием и разбрелась в разные стороны. Долговязый хулиган Карандаш, пошатываясь, взял курс на один из подъездов, чтобы справить нужду в лифте или прямо на лестничной клетке. Тут уж как карта ляжет. 

Толстяк Гиря замер почти на том же месте, где и сидел: одержимый новеньким смартфоном, он никак не мог оторвать взгляд от «безграничного» экрана.

Лёха же выбрался из тёмного провала дворика на более-менее освещённую улицу и, стоя под фонарём, стал распутывать наушники, нещадно матерясь.

Каждый раз он задавался вопросом, каким образом провод, просто полежав в кармане, может так хитро свернуться. Порой ему казалось, что этот гордиев узел проще рассечь, чем аккуратно распутать. А его младший братишка так вообще был уверен, что наушники живые и запутываются намеренно.

 

– Это зачем? – участливо спросил Лёха однажды за завтраком.

– Потому что им не нравится, когда их засовывают в уши, – гундосил кроха, – особенно в грязные. Вот они и вредничают.

Справившись с капризами аксессуара, Лёха побрёл вдоль широкого тротуара. В уши били биты не обременённой смыслом поп-музыки. Жил парень неподалёку, поэтому решил пройтись пешком и подышать прохладой улицы. 

Ночные прогулки, даже вынужденные, всегда неторопливы.