Знамя химеры

Стоило Восточному королевству соединить силы, и удар для империи мог бы стать смертельным.

По правде сказать, я уже давно принял решение, и оно далось мне не слишком легко, но приличия требовали обсудить его с советом.

– Мои слова вам не понравятся, но все-таки я скажу, – заявил Сердрик с присущей ему прямотой. – Война не нужна. Мы можем проиграть ее.

Слова графа приграничья не слишком понравились герцогу Табаса:

– Империя сейчас слаба, как никогда, – с горячностью возразил он, на его обрюзгшем лице блестели капли пота.

 – В семи королевствах разгорается междоусобная война, гоблины все еще осаждают Горное королевство. Большая часть армий старших домов заперта в Горном королевстве, перевалы завалены снегом. Даже магам не под силу их освободить.

– У эльфов хватит воинов, чтобы встретить нас, – равнодушно пожал плечами Сердрик, прекрасно понимая, что основная тяжесть новой войны ляжет на орков. – Мы с трудом справились с одним старшим домом. Я настаиваю: нам нужно укрепить границы королевства.

Война с империей в нашем положении – просто кровавая авантюра.

– Это слова труса!

– Труса?! Это ты смеешь называть меня трусом?! Пока вы прятали свои задницы в поместьях, приграничье истекало кровью.

Гхан зло выругался и схватился за рукоять меча, граф не остался в долгу. Еще пара мгновений – и вспыхнет потасовка. Появился соблазн не вмешиваться: за графа я не волновался – он прекрасный мечник, а вот эта жирная свинья успела мне порядком надоесть. С каким удовольствием я бы отправил его к творцу – да и не только его, – но нельзя! Нельзя! Нужно стиснуть зубы и терпеть, умиротворять, притворяться, что прощаю.

Сейчас я слаб и нуждаюсь в их помощи, а потом… посмотрим. Многие из присутствующих лишатся если не своих жалких жизней, то своего влияния на жизнь королевства. Существовавшую с начала объединения вольницу пора прекратить. В этом королевстве будет только одна власть, один закон и один правитель.

Но это будет потом, а пока нужно в очередной раз наступить на горло собственной ярости.

– Первый, кто обнажит меч, будет ночевать в тюремных казематах! – Мое предостережение вернуло спорщиков к действительности.

– Граф Сердрик оскорбил меня! Я требую…

– Требуете?! – Пальцы до боли в суставах вцепились в подлокотники кресла, кажется, дерево слегка затрещало. В это мгновение я как никогда был близок к убийству этого двуличного ублюдка. Ярость, презрение и ненависть сплелись во мне, словно клубок ядовитых змей.