Государство, или Дневник проигравшего

О зарплате, которую вроде обещали поднять. Часто об этом говорило несколько человек, но никто ни разу не смог назвать первоисточник этой новости.

Слухи курсировали, затихали и так до очередного всплеска. До тех пор пока кто-то не услышал, как всегда краем уха что-то новое. И так до бесконечности. Одно и то же в словах, в действиях, в окружении.

Размышления прервал шеф, который обыденно напомнил о поручении сгонять в ремонтное депо и поставить состав на профремонт. Затем получить резервный состав и поработать пару недель на нем до окончания ремонта.

Межссменный перерыв пришелся на Старый Новый год, и такой график позволял полноценно его отметить. Без обильных застолий, и тем более без песен. Наступление праздника ни к чему не обязывало. Не надо было тратить время на магазины, выбирать и гадать понравится или нет подарок и, вообще, ломать голову над тем, что подарить. В семье это было просто не принято и воспринималось нормально.

Приплюснутая, чуть более метра кабина старого электропоезда. Не развернешься. Края окон от времени закопчены, а может просто стекло со временем стало менее прозрачно. Серость во всем. На поцарапанной приборной панели, на лоснящихся от прикосновений десятков машинистов рукоятках рычагов.

Как и любая другая специальность профессия машиниста метро оказалась не такой загадочной и романтичной, как рисовало воображение на курсах. Метро оказалось скучным, однообразным и похожим на конвейер.

Павел погнал поезд к ремонтникам. Ехать надо было без остановок, поэтому вдвойне осторожнее. На каждой станции доносилось объявление, – Поезд проследует без остановки! – Подстраховывают, – думал Павел.

С того момента, когда он увидел старый и даже старинный паровоз он точно убедил себя, что это был не сон, да и как, когда он ежедневно проезжал те самые ворота. Порой он не успевал разглядеть щель между плитами и тогда казалось, что там, действительно, ничего нет.

Но едва заметные, вдавленные в основание путепровода рельсы, пересекавшие его путь, тонкой полоской блестели в темноте, и он уже опытный машинист мог определить, что движение по ним происходит.

Может быть не такое интенсивное как по рельсам метро, но эти рельсы точно не были забыты, и кто-то по ним курсировал.

– Значит не сон, – делал выводы Павел.

Все это время герметичность тоннеля не нарушалась. Он не видел больше странных поездов, распахнутых ворот.