Государство, или Дневник проигравшего

Он тщательно притушил оба окурка, растерев их чуть ли не до основания и убедившись, что не видит ни малейшего мерцания и намека на искру отбросил бычки в сторону.

Надо обустраивать место ночлега. Измученное тело требовало тепла, чего-то живого и светлого и он, посмотрев на свод между двух стен, которые походили на края ущелья, взялся подбирать место для костра, и снова вернулся к вопросу безопасности.

Вокруг на сотни метров валялись пропитанные густым маслом обездвиженные механизмы, высохшие до состояния пороха деревянные вагоны.

Хлам под ногами представлял еще большую опасность. Для разведения открытого огня нужно было прочное, железное основание и он отправился на его поиски, задумав отыскать большой кусок железной обшивки вагона.

Благо металла вокруг хватало, и уже очень скоро он отодрал от вагона широкий и толстый кусок вспоротой обшивки, которая висела на честном слове, под которым подразумевалась пара наполовину выдернутых из своих гнезд дюралевых гвоздей. Их он выдрал вместе с полотном.

Вернувшись, приложил все усилия и загнул края куска металла вверх и получил некоторое подобие среднеазиатского большущего подноса, в котором мог безопасно гореть не большой костерок. С топливом еще проще. В ход пошла деревянная обшивка старых вагонов, коих здесь валялось превеликое множество. Они получали наибольшие повреждения, и если металл рвался и гнулся, то эти просто разлетались в щепу, которой были усыпаны все подступы к старым вагонам. Дров он принес столько насколько хватило сил.

Вылазка заняла четверть часа. Вскоре в центре железного листа горел костерок, который сделал окружавший его пейзаж обитаемым и придал мрачноватой картине теплых тонов.

Сумерки расползлись по щелям, спрятались за вагонами и внутри уцелевших коробок. Последнее, что он сделал – поел. Без признаков аппетита сжевал два, с признаками начавшейся порчи бутерброда, а обертку, перетерев между тремя пальцами, отправил в огонь, пожелав, чтобы все неурядицы сгорели в желтом пламени.

Теперь у него было много свободного времени.

9

Лицо искривилось в невольной, снисходительной по отношению к самому себе не веселой улыбке, – Много свободного времени.

А ведь еще позавчера его катастрофически не хватало и приходилось выкраивать, выбирать, определять важное и отказывать себе во многих вещах. Он уперся головой в холодное железное колесо, не испытав намека на брезгливость. Там такое было бы непозволительно.