Две цепочки

 – Но, – тут лоб Мрага изобразил гримасу смиренности, – быть вторым в роде не значит быть влиятельным. Встал в первый ряд, где стояли вожаки других отрядов и склонил голову к воде.

Внешне, чаша старого Большого фонтана облезла, штукатурка обвалились и там, где это случилось выглядывали раны из темно – красного от влажности кирпича. Мутная вода плохо пахла, пузырилась. Старейшины рода, когда темно – зеленые, а теперь белые от старости, как известняк, чьи слои нередко встречаются по обрывам рек и ручьев.

Кажется, что известка сыплется из складок их кожи и вода мутная от этого. Кто – то опустил в воду ноги по колено и сидел на краю чаши, кто – то вошел по пояс, по грудь, а другие и вовсе периодических прятались от солнца под воду. Сидели там часами, а Совет мог продолжаться и день, и два, и пускали из огромных ноздрей пузыри.

Со дна поднялся, всплыл и лопнул большой пузырь. Брызги прохладно, но редко ударили в морду. Мраг и вожаки, что стояли рядом тряхнули головами и вновь напрягли кожистые уши.

Вождь после паузы продолжал, и муравьед покрылся лопухами. Они то увядали, то опять впивались в небо, обращенные в центр фонтана.

Там на постаменте, на остатках скульптуры, а может целой композиции скалился носатый Дорф. Мелкий, костлявый, как степной клещ, но непревзойденный военноначальник и лидер, подчинявший род за счет уважения к себе. – А внешняя хрупкость обман, – Мраг с треском почесал бедро. Сам видел, как Дорф расправлялся с воинам вдвое и втрое больше него.

С предателями и преступниками вождь поступал еще жестче. – Ничего важного, – Мраг заскучал. Проводить дело в походах было занятием куда интересным, хоть и опасным. – Хорошо, что участвовать в Совете не требовалось все то время пока он продолжается. Только в своей части, куда приглашали. Долгое время племя жило спокойно и размеренно. Последний жестокий отпор, что дали соседнему племени устрицеголовых слизней, раскрошив их головы – панцири с перламутровым нутром, что сверкает, когда оттуда вытечет желеобразный мозг надолго их успокоил.

Устрицеголовые – постоянные враги, что нападают сразу, как только окрепнут их ряды, а панцири станут толще, чтобы выдерживать удары палиц, молотов и крепких кулаков. Случайные нападения кочевых пресекались еще на дальних подступах к городу, на постах, где дежурили десятки отчаянных голов. Они же убивали мутантов, что в поисках пищи забредали в эту сторону.