Варлорд. Драго. Том I

Зачем ты туда идешь?

– Пройти по району, собрать местных подростков от двенадцати до шестнадцати с околонулевым рейтингом и объявить набор в новую команду Полигон. Сказать приходить всем сюда завтра в пятнадцать ноль-ноль, на первое собеседование.

– Красавец, Вася, все четко запомнил. Четко-четенько даже, как говорил один мой коллега. И…

– И… – не понял, к чему я веду, Василий.

– Ты идешь делать гоп-стоп, толкать дурь или убивать конкурентов? – попробовал я стимулировать его мыслительный процесс.

– Эм… нет.

– Ты идешь на противоправную деятельность?

– Эм… нет.

– Так кто мешает тебе снять с головы обманку и надеть очки от RODZ?

Судя по расширившимся глазам Василия, о таком варианте действий он даже не подумал. Действительно, в самом нижнем районе не найдется ни одного идиота, который решится на противоправные действия в адрес человека с активной системой слежения от социальных адаптантов. Или регистраторов, как называли таких работников здесь.

– Работай, Василий, – напутствовал я его на прощание.

Больше никто не сказал ни слова. Вася, дядюшка Абрам и Гек вместе поднялись и вышли из дома.

Мы с Войцехом некоторое время сидели и молча смотрели друг на друга. После этого я глянул на Чумбу. Мутант понял сразу – кивнул и вышел из комнаты.

– Ну, здравствуй, – повернулся я к Войцеху.

– Здравствуй, – кивнул он, внимательно на меня глядя.

В этот момент я даже порадовался, что у меня закончились способности эмпата.

Последняя наша с Войцехом встреча, когда он стрелял в меня, а я в него, состоялась в Высоком Граде, у кровати Шиманской. Но вспоминать об этом мне сейчас не хотелось. Тогда каждый делал то, что должен был делать. Наверное, не очень удобно будет вспоминать об этом и Войцеху.

Глубоко вздохнув, я начал говорить.

– Я был очень сильно расстроен фактом твоей смерти, – тщательно подбирая слова, произнес я.

Войцех ничего не сказал. Молчал и смотрел сквозь меня. А я в этот момент огорчился, что у меня закончились способности эмпата.

– Я очень благодарен тебе за то, что ты вложил в меня пятнадцать лет своей жизни, научив… многому. Но. Чтобы не было недосказанности, я сейчас, нынешний я – это уже совершенно другой человек. О поступках моих и деятельности ты наверняка наслышан.