Варлорд. Северное Сияние. Том I

В этот раз танцор подвис не меньше чем на полминуты.

– Без Андре я этого сделать не смогу, – выдал наконец Элимелех.

– Тогда найди мне способ переговорить с каким-нибудь высокопоставленным чином из… из королевской Секретной Службы, – вспомнил я, кто именно у англосаксов занимается внешнеполитическими делами.

В этот раз танцор думал совсем недолго и совсем скоро кивнул, подтверждая возможность.

– Только пусть это будет достаточно высокопоставленный офицер, но не совсем с Олимпа. Чтобы с ходу меня не послал, – добавил я, уточняя.

После нескольких мгновений Элимелех еще раз кивнул и посмотрел на меня.

– Действуй, – ответил я на вопросительный взгляд, после чего танцор отключился.

С трудом удержавшись от желания перекрестить погасший экран, я уставился в иллюминатор. Мы как раз поднялись над ковром облаков, подсвеченных красным закатным солнцем. Картина вызвала у меня не очень приятные ассоциации, но другой, к сожалению, за иллюминатором не показывали.

Звук оповещения раздался неожиданно быстро. Обернувшись к экрану, я увидел значок соединения связи. Так скоро, неожиданно, и что самое главное – я еще ведь не придумал до конца, что буду говорить.

Без задержки ответив на вызов, на другой стороне экрана я увидел холеного пепельноволосого мужчину с черными, не тронутыми сединой бровями. Вопреки ожиданиям, он оказался совершенно нетипичной для англосаксов внешности. Скорее уж, американца напоминал – и манерами, и видом.

– Меня зовут Волков Артур. Вы знаете, кто я? – произнес я с самым высокомерным видом, на который был способен.

Судя по виду, не знает. И ответить офицер английской госбезопасности не успел, потому, опережая его, я заговорил снова.

– Не знаете, – расстроенно дернул я уголком рта. – Но ничего, еще узнаете. Вам необходимо срочно связаться с Самантой Дуглас и передать ей…

– Послушайте, я не понимаю…

– И передать ей, – повысил я голос, – что ее ищет лорд Артур.

Замолчав, на краткий миг я закрыл глаза. В этот момент собеседник начал что-то говорить, с интонациями надменного возмущения, но, едва я открыл глаза и поймал его взгляд, он осекся. Еще издал звук, словно только что хлебнул обжигающе горячего чая.