Варлорд. Врата Тартара

– Артур Сергеевич! – чуть изменившимся и даже подрагивающим от возмущения голосом окликнул меня Кальтенбруннер.

– Да? – не скрывая раздражения, обернулся я. Вот что за манера, неужели за один раз нельзя все сказать?

– Еще Анастасия Юрьевна просила передать, что вас сегодня могут не пустить в гимназию, если вы не назначите себе ординарца.

– Да… как мне это дорого все! – исправился я, не дав сорваться непроизносимым в приличном обществе словам.

Память у меня хорошая, но не настолько, чтобы вот все сразу помнить.

Записывать уже пора, не умещается все в голове. И что делать? Может, тоже сегодня прогулять, как Анастасия? Желание не идти в гимназию как появилось, так и пропало – сегодня предстояла обязательная к посещению лекция фон Колера, а также рекомендованная им Новая Физика. Поэтому непосещение могло быть чревато. Но с ординарцем надо что-то делать.

Зоряна? Уже домоправительница. Фридман? Калибр не тот, это как телескопом гвозди забивать. Датчанин? Хорошая шутка, он даже глазами еще с трудом шевелит.

Вариант оставался один, и он мне совсем не нравился. Другого выбора, правда, на горизонте не было, тем более с вариантом решения в ближайшие пару минут. Беззвучно выругавшись, я принял решение и торопливо двинулся в сторону другого выхода, заставив Кальтенбруннера отшатнуться.

Покинув здание через черный ход, пересек небольшую рощу платанов и подбежал ко Второму корпусу, в котором располагалась темница. Система безопасности усадьбы уже была на меня настроена, так что проблем попадание в подвал не доставило – я просто зашел и спустился вниз.

Замки дверей открывались даже без запроса, по биометрии. В тот момент, когда приоткрыл последнюю дверь, ведущую в коридор с камерами, услышал голос с истерично-визгливыми нотками. Судя по всему, Василий, что-то говорящий на африкаанс.

Это еще что за монолог? Нет, диалог. И не только на африкаанс. Усиливающие значения мыслей выражения Василий использовал интернациональные: многочисленные производные от fuck, kurwa и suka blyat`.

Можно было бы принять Василия за поехавшего, но я один из немногих в этом мире знал, что в нем сидит демон, так что воспринял происходящее спокойно. И кстати, судя по интонациям, как-то Василий перед демоном без пиетета, что-то много себе позволяет. Совсем недавно вел себя тише воды, ниже травы…

Ответ, почему Василий такой дерзкий и резкий, я получил, когда увидел через решетку Романа Игоревича.