Варлорд. Северное Сияние. Том II

После массажа искусственные девушки нарядили меня в белую тунику с пурпурной полосой, подпоясали и обули в легкие сандалии, а после я получил предложение проехаться на носилках. С латинским – после занятий в гимназии, у меня лучше, чем с французским. Только благодаря латинскому я что-то по-французски и понимаю, языки схожи.

Но сейчас не был уверен, что правильно понял подкрепленное жестами предложение про носилки. Как оказалось, понял правильно – и с трудом удержался от удивленного возгласа: за дверью, вызвав ненужные ассоциации с мемами моего мира, расположились два чернокожих гиганта в набедренных повязках и с носилками.

От носилок я отказался, пошел ножками. А направлялись мы теперь, по словам рыжеволосой провожатой, в термы. А термы – это надолго, почти гарантированно до вечера. А потом гарантированно пир.

«К гадалке не ходи», – согласился со мной внутренний голос с интонациями Гены Бобкова.

Перспектива гарантированных устроителями выходных терм и пира мне не понравилась. Потому что суббота уже перевалила за середину, а дела с Марьяной с места даже и не думали сдвинуться.

С такими мыслями я прошел через галерею колоннад и, увидев сами термы, на несколько мгновений застыл пораженный. Передо мной было огромное пространство многоуровневого бассейна, размером с городской квартал. Буквально залитая водой огромная площадь; причем бассейн был неглубокий, не более метра, и расчерченный на зоны рядами колоннад и длинных портиков. То тут, то там возвышались здания с водопадами, фонтанами, мраморными статуями в нишах и искусными фресками.

Было даже несколько зеленых аллей, в тени которых мелькали белые туники.

На всей огромной площади многоуровневого бассейна собралось около сотни людей, и при столь ошеломляющих размерах они казались буквально горсткой. После более внимательного взгляда я заметил, что только несколько десятков человек расхаживают в туниках, подобных моей. Остальные – в стилизованных под античность купальниках или вовсе без оных. Люди сидели на бортиках, опустив ноги в воду и попивая из кубков, кто-то расположился в тени портиков на скамьях полулежа.

И большинство присутствующих здесь играли роли рабов и прислуги – как рыжеволосая «рабыня», что сопроводила меня сюда.

Причем провожатая уже предупредительно, но настойчиво предлагала мне пройти далее, к одной ей ведомой цели. Согласившись, я двинулся следом за ней по поднятой над водой дорожке, выложенной пористыми – чтобы не скользили ноги, покатыми камнями.