Райдзин. Проект Цербер

Но сейчас план поменялся: внизу, в холле, могут быть подельники, а мы с Наоми определенно привлекаем внимание. Окно же высокое, массивное, но открыть можно. Снизу – широкий карниз, хоть беги, а до водосточной трубы метра три.

Наоми уже подошла ближе ко мне. Смотрела не только на улицу, но и на меня. Букет неприятных чувств из ее взгляда так и не уходил, просто эмоции девушки чуть поутихли, так что я снова их чувствовал. И снова кроме ненависти и злости я ощутил заинтересованность.

Если бы еще знать, почему у нее такие эмоциональные качели, связанные со мной.

Но, если бы у бабушки были борода и еще кое-что, то это был бы уже дедушка. Так что живем с тем, что есть.

– Давай через окно уходить, – показал я сестре на улицу.

Вслух отвечать Наоми снова не стала, опять кивнула. Немая? Очень на то похоже, даже не шипит. И когда белоглазая ее уколоть пыталась, тоже ведь не кричала, стонала только сдавленно.

Рывком открыв тяжелую створку, я быстро выбрался на карниз, прошел пару метров и перебрался на водосточную трубу.

Аккуратно – чтобы не поранить ноги, спустился вниз, замер в кустах. Трава щекочет босые ступни, но совсем некритично, реципиент, видимо, босиком ходил периодически.

Наоми спустилась раза в три быстрее меня – серебряным росчерком скользнула из окна, словно чередой стоп-кадров материализовавшись на карнизе, потом рядом с водосточной трубой, потом на ее середине и хоба – уже стоит рядом.

Впечатляет.

Смотрит на меня по-прежнему с явно выраженной неприязнью.

Глаза сощурены, губы поджаты. Черт, как бы она мне когтями не перестегнула, судя по взгляду, она едва удерживается от такой перспективы. Может быть, ну ее?

Нужна ли тебе такая машина, Вовка? – спросил я сам себя. С одной стороны – сестра, младшая. С другой – оглянуться не успеешь, нашинкует как мясо на шаверму.

– Вместе расходимся или по отдельности? – спросил я ее, приняв решение.

Отвечать Наоми не стала. Она даже на вопрос не отреагировала, ни словом, ни жестом.

Просто крайне внимательно смотрела на меня.

– Ты вообще говорить можешь? – машинально задал я следующий вопрос.

Иногда бывает так, что сам вопрос гораздо более информативен, чем ответ. Вот сейчас так и случилось. Правда, информации я получил после этого вопроса больше о себе. Словно вспышкой глубинной памяти – в прошлой жизни я был сильный, смелый, ловкий, умелый и даже иногда в некотором роде умный.