Maximus Rex: О.Р.Д.А.

 – Как и когда сюда попали? Вместе или по отдельности? – посмотрев на Марину с Аней, перешел он на деловой тон.

«Не забудь про дуэль, красавчик».

Над плечом Рустема я глянул в сторону компании торговцев. Эстери Эйтар уже закончила осмотр-сканирование и направлялась в лестнице в башне. Но торговцы никуда вроде пока не уходили.

– Я вопрос задал, – отвлек меня Рустем.

– Попали вместе, – отвел я взгляд от уходящей чародейки. – Возвращались с корпоратива, ехали на машине по летней дороге, приехали в снежный лес.

– С ней все будет в порядке, не переживай.

– Это… – не зная, как выразить словами, я показал жест похожий на тот, которым чародейка сканировала нас всех.

– Да. Леди Эйтар сказала жить будет, опасности нет. Так вы откуда сюда?

– Санкт-Петербург, Карельский перешеек.

– Ясно. Леди Эйтар распорядилась, чтобы вы двое, – показал он и на Марину, – завтра утром ее навестили, в обязательном порядке.

«Красавчик, они уходят!»

Рустем продолжал говорить, я же – снова глянув над его плечом, заметил, как компания торговцев подхватила веревки саней и потянулась к поднятой решетке выхода из двора колодца.

Моя рука вдруг поднялась против воли, а сам я громко, с переливом свистнул.

– Стоять! – гаркнул я опять же не своим голосом вслед уходящей компании.

«Вот так нормально будет, – проявилась Доминика. – Теперь спроси, над чем они смеялись и потребуй извинений».

От произошедшего – от моего свиста и крика удивились все. И я сам, и Рустем, и остановившаяся компания.

– Рустем, а… – начал было я.

– Меня зовут Рустем, но тебе обращаться ко мне следует «господин капитан», – похоже, капитану королевской гвардии мое поведение не понравилось.

«Смелей, красавчик! Здесь оскорбление – тяжкое преступление!»

– Господин капитан, а у вас в городе есть наказания за оскорбление чести и достоинства?

– Да, – Рустем ответил коротко.

– Вот этот товарищ, – показал я пальцем на розовощекого практика, – очень громко смеялся, совершенно невежливо тыкая в меня пальцем. Хотелось бы, чтобы он пояснил, что увидел смешного и если смеялся над нами, то хотелось бы услышать извинения.