Царетворец. Волчий пастырь. Книга четвертая

До цитадели Корпуса Спарты на горном плато, которая была уже совсем рядом: сотни лиг, которые по земле преодолевались за долгие часы, в небесах мы преодолели за считанные минуты. И по мере приближения к Мессене мы снижались, а ограждающий нас купол истончался. Скорость падала, а свист ветра в ушах постепенно вновь начинал нарастать.

Дикая охота даже в центре магической бури не может передвигаться по небу часто и на большие расстояния – сотня-другая лиг, не более. Не знаю, как дело обстоит с нами, с поддержкой богини, но пока дальше пары сотен лиг нам и не нужно было: разогнавшись и ускорившись над облаками небесной черно-зелено-красной кометой, проскочив над вершинами Варгрийского хребта, наша кавалькада уже спускалась и замедляла бег.

Оглянувшись назад, оценивая расстояние до преследующей нас Пелены Стужи, я вздрогнул. Чернильная пелена магической бури явно ускорилась и нас неотвратимо настигала. По спине пробежался холодок плохого, очень плохого предчувствия.

Посмотрев по сторонам, я скользнул взглядом по демоническим скакунам без всадников, двигающихся рядом четверых призрачных варгов, приникших к гривам варгрийцам; посмотрел на Филиппу рядом, встретился со взглядом ее красных, с вертикальным черным зрачком глаз. Шикарные волосы баронессы уже полностью растрепались и развевались на ветру, а сама она уже не веселилась. Несмотря на загар, Фили казалась бледной как мел, нижняя губа ее сильно закушена жемчужными зубками.

Веселье закончилось, и сейчас начиналось самое интересное и главное. Свист в ушах все усиливался, и мы уже были совсем рядом с Мессеной. Волей Морриган небесный бег выводил нас над трактом Северного пути прямо к краю горного плато, над котором густо, полностью скрывая очертания цитадели, клубилась белая пелена вихрящегося снега.

Сопровождающее нас черно-зеленое клубящееся Сияние вдруг вытянулось, словно создавая мост к краю скального уступа, при этом пробивая и разгоняя клубящийся перед нами снег.

Дальше сами. Все сами.

Заканчивая бег по небу, мы преодолели последние сотни метров, и копыта скакунов ударили в скальный массив. Спустившись и оказавшись на плато, мы словно пробились под снежный купол.