Второй шанс

Ее глаза пытались отыскать за маской равнодушия и сдержанности остатки боли. Подобные взгляды Кристина бросала на Дэниэла, когда-то давно.

Боль была.... Нет, она не придумала ее. Интуиция никогда не обманывает женщин. Только Кристине никогда не забыть до чего довела ее глупая попытка что-то исправить.

– Прекрати вздыхать, – подала голос Лиза, открывая один глаз. – Ничего страшного не происходит. Тебе давно нужно было вернуться. Чтобы справиться со своими страхами, необходимо набраться смелости и взглянуть им в глаза.

– У меня нет страхов, Лиз, – прошептала Кристина, нервно теребя рукав свитера и болезненно ощущая, как каждая секунда приближает ее к Москве, к аду, из которого ей удалось вырваться. – Я, вообще, ничего не боюсь.

– Да, – хмыкнула Лиза, открывая оба глаза. – Ты же понимаешь, что должна была полететь?

– Да, – кивнула Кристина, напряженно глядя на подругу. В глазах ее мелькнула боль. – Она была такой молодой, такой красивой. Не могу поверить, что их больше нет.

– Ты же понимаешь, почему он не приезжал с Викторией в Лондон?

– Да, мы говорили об этом с мамой. Неужели он не понимал, что я ни в чем его не виню?

– Понимал, но Дэниэл его сын и Джон ощущал ответственность за случившееся.

Кристина вздрогнула и поморщилась, услышав имя бывшего мужа.

– Милая, ты должна быть готова к тому, что тебе придется увидеть его снова. Умер его отец. Он будет на похоронах.

– Я знаю, – слишком громко воскликнула Кристина. – Но, я не в силах понять, как мог Джон его простить.

– Может быть, он изменился, – пожала плечами Лиза. – Столько лет прошло, время меняет людей. К тому же они не чужие люди. Ты же простила Викторию за то, что она скрыла свою связь с Дэниэлем.

– Тебе обязательно так часто произносить его имя, – раздраженно отозвалась Крис.

– Что, опять тошнит? – тревожно спросила подруга.

– Нет, но мне нехорошо. Ты могла бы выписать мне свои чудодейственные таблетки? Только на время, что придется провести в Москве, – поспешно уточнила Монахова, понимая, как негативно относится Лиз к ее увлеченности успокоительными препаратами.

Елизавета сдвинула тонкие брови, в глазах отразилось сомнение.