Кто убил их всех

Дыхание смерти – лучше всего развязывает язык и гонит людей на красноречия. Но я – изо всех сил стараюсь быть как можно кратким – чтобы успеть рассказать всё.

Это – наше последнее наслаждение – смерть.

Наше поколение исчезнет; оно оставит после себя много следов, но наши потомки – их не заметят – и буду вновь и вновь, из века в век, повторять наши ошибки. Своим опытом мы можем поделиться – только с мертвыми и с теми, кто вскоре умрёт. Это – самая длинная ночь в наших жизнях. Это – ночь историй и легенд.

Главным рассказчиком среди мёртвых – был король призраков. Он не сказал ни слова – но бесконечность тех сюжетов и смыслов, которые он извлекал из себя – поражали и потрясали дух. Он впитал в себя все истории, которые когда-либо слышал. И я знаю, что ему нужно было от меня – последняя ценность, что у меня осталась – моя история. И я – готов рассказать её.

Я родился далеко отсюда. О тех временах – я помню, что повсюду были люди и ни одного дерева. Впервые, я увидел дерево в шесть лет, когда был во Дворце Жизни – огромном здании под куполом.

Когда я пришел сюда – я деревья я мог увидеть только в лесу – за двадцать километров от деревни. Место, в котором я провёл почти всю свою жизнь – стояло посреди пустыни – на вершине холма. Я – с самого детства был богаче своих сверстников – я помнил мир, откуда мы родом. Все мы – люди – вышли из мест, которые называли «города».

Я помню, как был счастлив. Всё моё детство – пролетело так: я чего-то ждал, жил спокойной, готовый в любой момент отправиться в путь – я смотрел на одинокую гору вдалеке, всё время находившуюся у нас перед глазами; и я мечтал: когда-нибудь, я поднимусь на её вершину и взгляну на мир со стороны облаков.

Я помню, как старик Аркадий брал меня на рыбалку; но я совсем не помню его лица. Я помню, как в десять лет – я поймал свою первую рыбу и мы все вместе её разделили и съели – большая и вкусный был в тот вечер ужин.

Так проходили дни – так пролетали годы.

Кроме папы, мамы, меня и старика Аркадия – в деревне жило ещё около трёхсот человек. Одни рождались и приходили их городов – другие умирали и возвращались обратно; но почти всегда – нас было ровно три сотни и четыре. Мы жили в тёплых и уютных домах, которые построили люди, жившие здесь до нас. Кроме меня, здесь было ещё пятьдесят детей.