Лунная нить

Все они одеты в свободные туники и яркие разноцветные жилеты; на ногах – кожаные сандалии. Пики лаксанцев аккуратно сложены перед ними. Они явно не готовились к бою. Внутренний двор полностью изолирован от крепости, чтобы рядовые иллюстрийцы ничего не увидели. Видимо, София постаралась: она не любит отвечать на назойливые вопросы. У бойниц двух белокаменных башен, охраняющих вход в цитадель, на всякий случай стоят стрелки. Я никогда туда не поднималась, но Каталина уверяет, что оттуда можно увидеть вдали Ла Сьюдад.

София подходит ко мне.

– Кондеса, – кивает она, и я отвечаю тем же.

Как хорошо, что она рядом.

Лаксанец, возглавляющий группу, выступает вперед. Посланник Атока.

– Buenos d?as, senorita[14 - Добрый день, сеньорита (исп.).], – начинает он. – Его Величество король Аток, Повелитель высокой горы и нижних джунглей и всего, что между ними, приветствует вас и направляет послание.

Посланник замолкает и приподнимает брови в ожидании реакции. Он смотрит мимо меня, на ворота, – очевидно, ожидает, что мы пригласим его внутрь.

Я презрительно фыркаю. Я скорее умру, чем пущу лаксанца на порог. Открой им ворота – и они попросят показать горный источник.

– Итак, я слушаю, – равнодушно говорю я, с трудом сдерживая волнение.

– Его Королевское Величество, дивный Владыка всех земель и…

– Довольно, – прерываю я. – Переходите к посланию.

Один из лаксанцев неодобрительно фыркает. Остальные время от времени тревожно оглядывают иллюстрийцев, отслеживающих каждое их движение.

Некоторые шепчут что-то на своем древнем наречии. Пусть думают что хотят.

Нахмурившись, посланник выдерживает паузу и наконец говорит:

– Вы должны стать его женой.

Я смеюсь в ответ.

Наши стражники даже не пытаются скрыть возмущение. Выкрикивая ругательства, они плотнее обступают лаксанцев. София гневно смотрит на посланника; острие ее меча направлено прямо на его сердце. Одна из стражниц натягивает тетиву лука и прицеливается в самого высокого лаксанца.

Я украдкой смотрю через плечо на окно нашей спальни. Надеюсь, Каталина тоже слышала это оскорбительное предложение. Хотя смеяться, наверное, все же не стоило. Она бы не одобрила такое поведение.

– Вы проделали весь этот путь зря, – говорю я. – Я никогда не стану его женой.

– Вы не дослушали послание. Вы должны явиться к замку на закате. Одна. Если откажетесь, иллюстрийцы будут окружены и казнены один за другим.