Все беды из-за книг!

– Я готова!

Йон поднял голову на голос, цоканье каблуков и аромат «Нарциссо Родригеса» и замер в немом восхищении: на Катталин было узкое красное платье, не слишком ярко-вызывающее, но и не тускло-скучное, он ни за что бы не смог сказать, как называется этот оттенок, но тот очень шел темно-каштановым, почти черным, волосам молодой ведьмы и ее бледной, тронутой легким загаром, коже. Йон в очередной раз подивился умению жены краситься ярко и выразительно, но выглядеть при этом совершенно естественно, одеваться стильно и эффектно, но без вычурности и лишнего пафоса.

Даже звездчатая татуировка на щеке казалась специально нарисованной именно для сегодняшнего образа.

– Кру-у-уть!

– И все? Это все, что ты можешь сказать своей самой красивой на свете жене? А еще поэт!

– Не состоявшийся! Хотя постой-ка, вот родилось:

Ты красива, как царица

Я хочу с тобой жениться!

– Что-то не очень… И не по теме!

– Тогда: кру-у-уть!

– Как тебе мои туфли?

Девушка выставила вперед изящную черную «лодочку» на небольшом каблучке.

Хотя Катталин была невысокого роста, она совершенно не комплексовала по этому поводу и не стремилась выбирать обувь по принципу: чем выше каблук, тем лучше.

– Мне нравится! – честно сказал Йон. – Только вот мне-то что надеть? Я в своих джинсах даже на роль твоего лакея не потяну!

– Каких еще джинсах? У тебя есть прекрасные штаны…

– А, те, с кармашками на коленках?

– Никаких карманов! Другие! Такие прямые светлые.

– Помню. Кажется…

– И синяя рубашка, – неумолимо продолжала ведьма, – никаких футболок! И ботинки легкие у тебя тоже, между прочим, имеются!

– Если ты говоришь, значит так и есть! Только где я все это найду? – он беспомощно оглянулся на высокий гардероб.

– Именно там… Эта штука называется шкаф.

Наверное, вид у Йона был презабавный, потому что Катталин вдруг, не выдержав, рассмеялась и махнула на него рукой:

– Ладно, я сама все достану… Давно пора заняться твоим имиджем – сколько можно ходить в «штанах с кармашками», кедах и пяти футболках по очереди! Кстати, ты бы побрился, трехдневная щетина а-ля «свободный художник» сегодня совсем не к месту!

«Каса Гандариас», как всегда, была заполнена народом, коротающим время в ожидании ужина, попивая вино у длинной барной стойки.

Йон с Катталин предпочитали ужинать неприлично рано по местным меркам – было еще только около семи, тогда как здесь обычно никто раньше девяти за стол и не садился.