Прометей: Император

Звуки борьбы снаружи стали затихать: вернее, практически уже не слышно звона стали, хотя криков стало больше. Одновременно слышались крики со стороны моря.

– Они напали на «Стрелу», – упавшим голосом констатировал Тиландер.

– Бер, слушай меня, – встряхнул я за плечи обезумевшего командира спецназа, – мы попали в ловушку. На корабль тоже напали, оттуда помощи не дождемся. Думаю, мы нужны живыми, поэтому в хижину никто не рвется. Наша единственная надежда спастись, это ты, Бер!

– Я? – словно очнувшись от сна, переспросил сын.

– Да, – мы им нужны живыми, значит, нас с Германом убивать не будут.

Словно услышав мои слова, снаружи послышался крик, после чего голоса смолкли.

– Макс Са, – послышалось снаружи, – ваши люди убиты, выходите, мы не причиним вам вреда. – Со стороны моря все еще слышался шум, внушая надежду. Но с каждой секундой интенсивность боя снижалась.

– Это Паб, – прошептал Тиландер, – подонок, убью своими руками.

– Паб, чего ты хочешь? – крикнул я в ответ, надеясь выиграть время.

– Бер, слушай мой приказ: мы с Германом выскочим наружу, и я открою стрельбу из пистолета. Успею сделать три выстрела, перезарядится мне не дадут.

– Макс Са, вы будете жить, выходите, я не смогу долго удерживать воинов, – голос Паба звучал как-то жалобно.

– Паб, я должен подумать. И мне надо одеться, не выходить же мне голым.

Пользуясь минуткой, зашептал Беру:

– Как только мы выскочим, ты делаешь дыру в шкурах и уходишь с задней стороны хижины.

– Я не оставлю отца, – вскричал Бер!

– Оставишь! Иначе мы все умрем! Ты должен добраться до Макселя и привести помощь. Если ты не сделаешь этого, умрём мы все. Ты меня понял, Бер?! Это приказ, выполняй приказ, Бер!

– Дай мне умереть с тобой, – взмолился сын!

– Нет, Бер! Я хочу жить, и ты должен жить. Ты выполнишь приказ и освободишь нас.

– А если я не успею, если вас убьют? – слезы моего приемного сына капали мне на руки.

– Если нас убьют, разрешаю тебе мстить до тех пор, пока не насытишься местью.

Секунд на десять повисло молчание. Снаружи стали терять терпение, среди нестройного гула враждебных голосов меня дважды вызывал Паб.

– Я выполню приказ, отец! – хрипло выдавил Бер.

– Молодец сынок! Герман, ты готов?

– Да, Макс, зададим этим сукиным детям жару, – американец выхватил клинок из ножен.

– Бер, ты обязательно доберись до Макселя, беги, не оборачивайся, не вздумай нас спасать.