Я превращу твою жизнь в ад

 – Она сдерживалась с самого начала.

Рывок за хвост стал последней каплей. Пощечина была резкой, с разворота, так что напавшую мотнуло, и она рухнула наземь, изумленно ощупывая лицо.

Оставшаяся на ногах студентка потрясла ладонью, будто пытаясь потушить невидимые языки пламени, и, поправив волосы, ушла прочь, двигаясь как взведенная пружина.

– Тебе повезло.

– Как и всегда, когда я оказываюсь прав.

– Ладно-ладно. – Ридж примирительно поднял руки вверх. – Но это было… Жарко? Такой удар.

Губы Даниэля дернулись.

– Возможно ли так измениться после потери памяти? – внезапно спросил он, отворачиваясь от окна.

– Неужели она тебя заинтересовала? – Взгляд Риджа зажегся.

– Вряд ли это заинтересованность. Любопытство. Занимательно следить за ее метаморфозой, – задумчиво ответил некромант.

– Не переусердствуй, – бросил Клайм, возвращаясь к своему чертежу.

– Как получится. – Даниэль распрямился, и на миг у его тела вспыхнула красным магия смерти.

– Ты куда? – вдогонку спросил Ридж.

– Прогуляюсь.

– Ха. Понятно. – Маг воздуха догадливо улыбнулся. Когда дверь за некромантом закрылась, он повернулся к другу и спросил: – Какие прогнозы? Как скоро ему надоест?

– Не знаю. Мне все равно.

– Клайм, ты жуткий зануда. Живыми людьми интересуешься? Или только артефактами? Наверняка ты и с девушкой ни разу не был.

Старая провокация Риджа не сработала, и, не дождавшись ответа, воздушник заявил:

– Два дня максимум.

Глава 4

Подлость

Мною овладела ярость – жаркая и безумная, что застилала глаза красной пеленой. Я шла вперед, не разбирая пути, просто двигалась, чтобы хоть немного прийти в себя.

Тихое утро, занятия, где магистры завалили меня дополнительными заданиями, и разговор с сестрой Конкордии, на который я согласилась. Ранее, перебрав все события первого дня, я осознала, сколько ошибок наделала.

«Надо отнестись серьезнее. Из-за своей гордости и неосторожности ты подведешь себя и родителей», – звучал голос разума.

Я пыталась восстановить цепочку воспоминаний перед исчезновением там и появлением в магическом мире, но все было тщетно. Под конец голова нещадно болела, словно по ней слабо, но мучительно и непрерывно стучали молоточком.

Я хваталась за виски и лежала, свернувшись клубочком на кровати, пока боль не ослабевала.