Я превращу твою жизнь в ад

Коленки ныли, а на ладонях выступили капельки крови, словно их обрызгали из пульверизатора. Грохнув сумкой о стол, я вызвала недовольство преподавателя и получила замечание.

«Интересно, а можно поменять предмет? Вдруг еще не поздно? Я же все равно изучаю все с самого начала», – пришла в голову умная мысль, и я оживилась, возвращаясь к реальности.

В следующий раз я могу не сдержаться, брошусь на зазнайку некроманта, и все… Картинка в воображении ярко представила сей прекрасный момент.

– Нет! Нет! – повертела головой, прогоняя видение.

У меня есть задание поважнее, стоит мне вернуться домой, и я забуду про существование этого придурка.

– Что-то произошло? Или ты часто разговариваешь сама с собой?

– Горидас! – обрадовалась я, словно увидев в мужчине спасение. Мой партнер аккуратно затворил за собой дверь, он впервые заглянул без стука.

– Как первый день?

– В целом сносно.

– Но? – Горидас остановился неподалеку.

– Лефевр. У нас совместное занятие по ядам.

Горидас нахмурился.

Мужчина всегда вел себя сдержанно, словно английский джентльмен.

– Постарайся с ним не разговаривать. Пока тебе лучше держаться от него подальше.

– И дело не только в том, что он первый нашел меня после падения? – Я почувствовала новую тайну.

– Не только. Но это дела рода, тебе о них знать не обязательно.

– Ладно. Только не разговаривать не получится, этот некромантишка поставил мне подножку сегодня, – будничным тоном сообщила я.

– Подножку? – удивился Горидас.

– Да.

Намеренно, и сказал, что это было предупреждение. Но о чем?

Горидас не ответил, и молчание затягивалось.

– Он мог что-то заподозрить или просто был в дурном расположении духа. В любом случае постарайся ничем себя не выдать, – спустя почти полминуты сказал мужчина.

Глаза Горидаса были светло-голубыми и ясными, невольно поймала себя на мысли, что начинаю слишком на него полагаться. От него веяло надежностью, которой так мне не хватало.

– Ты даже не представляешь, как это тяжело.

Я сталкивалась с провокациями, но не такими. Ее обижали, Горидас, – сглотнув, сказала я. Мне не хотелось верить в то, что моя копия вела такую жалкую жизнь. – Сегодня передо мной предстала лишь верхушка айсберга, а я уже готова заставить их обо всем пожалеть.

Тяжелое дыхание, словно мне сдавило легкие, в горле встал комок. Хотелось плакать. Но я, сделав глубокий вдох, усилием воли заставила себя успокоиться.

– И еще я столкнулась с ее родственницей.