Дар Хранителей

По пути он ничего не сказал, а лишь смотрел куда-то вдаль, так пусто, и так больно. Я пытался вытянуть из него хоть одно слово, но увы. Боль, казалось, до сих пор его не отпускала.

Я завёл его в каюту, помог лечь и вернулся на палубу, где команда всё ещё занималась раненым.

Соорудили носилки для боцмана. Перекладывая его, завязался диалог между командой.

– А если они вернутся? Что тогда?

– Мы их встретим! Мы сделаем оружие!

– Да! Именно! Мы их встретим!

– Они вернутся нескоро, – сказал Алекс.

Он передавал слова своего хранителя, который с ним разговаривал.

– Что? Да тебе-то откуда знать? – Вдруг сказал капитан.

– Это не мои слова. Я не знаю. Это знает Аллай, – продолжал Алекс.

– Мы вообще ничего о них не знаем! А ты ещё их слушаешь? – Завёлся капитан.

– Если бы не Олимп, боцман мог погибнуть, – сказал я, не выдержав.

Капитан лишь фыркнул и пошёл прочь с палубы, осуждающе глядя на меня и Алекса.

– Мы ещё посмотрим какие они герои, – сквозь зубы прошипел капитан, проходя мимо меня.

На палубе воцарилась тишина.

Мы занесли боцмана в кают-компанию. Там было больше места, и так он мог находиться под более тщательным присмотром, так как команда находилась там частенько. На борту медикаментов было мало, но самое главное и необходимое имелось. Мы сделали боцману укол обезболивающего препарата, и вскоре он смог уснуть.

– Вот тебе и рыбалочка, – сказал на выдохе Макс, – я за ним присмотрю.

Никто не был против. И распределив время, кто и когда будет присматривать за боцманом, каждый пошёл в свою каюту.

Уснуть я не мог. Мысли не давали покоя. Я вспоминал снова и снова слова Олимпа, которые он сказал старпому. Что он имел в виду? Ответ знал только тот, кому и были адресованы эти слова. Но тот молчал, и лишь смотрел.

Пролежав пару часов, я так и не смог уснуть. Встав, я посмотрел на часы. Был уже вечер. Я решил пойти к старшему помощнику.

Подойдя к каюте, я постучался, но, не услышав ответа, зашёл внутрь.

Старпом сидел в полной темноте и смотрел в иллюминатор.

– Разрешите, я войду? Извините, можно? – Стоя в дверях, спросил я.

В ответ была только лишь тишина. Я не стал дожидаться разрешения и прошёл в каюту, включив при этом освещение.

– Как вы себя чувствуете? Вы можете говорить?

Не получив ещё раз никакого ответа, я продолжил.

– Я его слышал.