С духом о плоти

Рядом с ней стоял мужчина в чёрном шаманском костюме, в шапке с перьями ворона, с чёрным бубном со светлым пятном в центре. Мужчина повернул на меня голову. Оказалось, что он немногим старше меня. Светлые волосы, зелёные глаза… Это был я! Но и не я. Как это странно. Внешность другая, но это определённо я. Только сильнее, увереннее, решительнее. Злее.

– Антон! – прокричала девушка, прежде чем исчезнуть.

Исчезла она. Исчез мужчина. Исчез обрядовый костёр. Мать Огня, деревья, Духи, всё исчезло. Была лишь тьма. Густая.

И я бы её обнял. Как старого друга, которого не видел много-много лет.

Как я хотел коснуться её. Провести ладонью по её густой шерсти. Но мы оба знали, что нужно соблюдать формальности. Пасть Тигрицы приоткрылась, обнажая светящийся кристаллик. Как заворожённый я смотрел на него, не в силах поверить, что он снова передо мной.

– Я искала тебя сквозь миры, – прошептала Тигрица.

– Я знаю, – грустно ответил ей я.

– Я вернула тебе его. И ты должен принять его.

И я принял.

Перед глазами была темнота. Тело вдруг сделалось тяжёлым, я и не замечал, каким лёгким оно было раньше. Голова кружилась. Да так сильно, что меня затошнило. Я тяжело задышал, пытаясь унять приступ рвоты, но что-то мне подсказывало, что я пытаюсь отсрочить неизбежное.

– О-фи-геть! – удивлённо прошептал Данил. – Ты это слышала? Нет, тут не просто слышала… Ты это видела?!

– И слышала, и видела, – не менее удивлённо прошептала Аня. – Как думаешь, пока его лучше не трогать?

– Не знаю. Обычно шаманов после обряда не трогают, пока они не придут в себя.

– Вадя, каких шаманов? – простонал я, открывая глаза.

Да, это была плохая идея. Увы, все шашлыки запросились наружу. Я попытался встать, но ноги подкосились, и я упал. Будто какой-то грязный пьяница, я стоял на четвереньках и… В общем, нехорошо мне было.

– Какой такой Вадя? – шёпотом спросил Данил Аню.

– Понятия не имею, – прошептала она.

– Какой ещё Вадя? – прохрипел я, отплевываясь.

– Не знаю, – растерянно сказал друг. – Ты меня так назвал… У тебя всё хорошо? Ты как-то неважно выглядишь.

– И все равно я симпатичнее тебя, – сказал я, выдавив из себя улыбку.

– Ну хотя бы с чувством юмора порядок, – облегчённо выдохнул друг.