Поцелуй феи. Книга 1. Часть 4

Так хорошо, когда меж нами всё хорошо.

– Лала, ты меня с ума сводишь, – пожаловался Рун страдательно сквозь смех облегчения. – Вот как так?! Чуть не мила, и всё, и свет не мил. И кажется, что всё как тьма ужасно. И думы думаешь в таких унылых красках… Что хоть топись. А лишь опять мила. Со мной становишься, и тут же снова счастлив, да так, что аж огнём горит в груди, и мир вокруг цветами расцветает. Как радуга. Безумие, как есть. Я и не представлял, что я такой… столь переменчивый, как флюгер на ветру, могу вдруг делаться.

– На то и нужны девушки, чтобы сводить с ума юношей, – лукаво поведала Лала.

– Ну, понятно.

Они замолчали, оба наслаждаясь вновь вернувшейся невинной радостью бытия и теплом друг друга. В ручейке тихо журчала вода, шелестела крыльями резвящаяся над ней стрекоза, шелестел листовой лес. Жёлтый мотылёк порхал над травинками.

– Значит мы сегодня уже никуда не пойдём, суженый мой? – поинтересовалась Лала невинно, нарушив эту убаюкивающую гармонию природы дивными звуками своей речи.

– Выходит так. Раз должен обнимать, – подтвердил Рун.

– Вот здорово! – восхитилась она. – Даже не жаль теперь, что ссорились, когда так расщедрился.

– Лала, а есть что-то, что я должен знать? Что тебе будет нестерпимо от меня? – мягким тоном спросил Рун.

– Да. Если променяешь на другую, – улыбнулась она. – Ну, или не захочешь обнимать. Иль станешь груб со мной. Вот это будет тяжко. Всё остальное я перенесу.

Рун погладил её по волосам. Она лишь вздохнула.

– Тогда тебе не о чем переживать, лебёдушка моя, – чистосердечно молвил он. – С тобой быть грубым невозможно. Ведь ты такая… славная. И не обнять тебя я не смогу. В любую ссору, вспомни, был готов. Ты вот порою не даёшься. Жестокосердная.

На последних словах он покосился на неё, с комичным осуждением.

– Я просто девушка, – ответила Лала ласково. – Не совладать с собой в обиды. Но я люблю тебя всегда, котик. Даже когда мы в ссоре.

– Ну ладно, коли так, – не без иронии смилостивился Рун. – Что касается променять на другую… Знаешь.

Он вдруг замолчал, призадумавшись, словно озарённый идеей.

– Что, милый? – заинтересовалась Лала

– Ведь люди женятся.

– Рун, это предложенье? – с весёлым любопытством воззрилась она на него.

– Я б предложил, но ты же не пойдёшь, – полушутливо посетовал он, а затем стал серьёзным. – Я об ином. Вот поженились люди. И далее хранят друг другу верность.