Хищники

А Котов весьма популярен у обывателей – нападая на помещиков, он отдавал часть похищенного, обычно то, что тяжело было унести, народу, а один раз освободил 20 крестьян, арестованных за порубку помещичьего леса.

– И правда, в Робин Гуда играет. Умный, каналья, небось из-за этого робингудства и поддержку у населения имеет?

– Ещё какую! Причём не только у народа, его и интеллигентная публика обожает, особенно дамы-с. Из-за этого мы так долго и не могли его поймать – охотников укрыть Гайдука – хоть отбавляй, а доносить на него никто и не думает.

В общем, два года мы за ним гонялись, и наконец, прошлым летом вашему покорному слуге удалось его арестовать.

– Так почему же он в Петербурге, а не на каторге?

– Бежал-с. И месяца в тюрьме не провёл, скрылся.

– Понятно. Есть у вас какие-либо соображения, где его искать?

Губернский секретарь посмотрел на Филиппова несколько ошарашенным взглядом:

– Никаких, абсолютно никаких.

Признаться честно, я на столичную полицию рассчитывал. Гайдук из нашей губернии и не выезжал никогда, поэтому о его здешних связях мне ничего не известно. Я могу рассказать о его подельниках и пособниках в Бессарабии, но более ничего… Ну и на любое моё содействие в розысках вы можете конечно рассчитывать.

– Замечательно. Вы надолго к нам?

– Полицмейстер велел мне без Котова, живого или мёртвого, домой не возвращаться.

– Отлично. Ну что ж, Мечислав Николаевич, – приказал Филиппов Кунцевичу, – забирайте Августа Христиановича, знакомьте с дознанием, и Бог вам в помощь.

Кунцевич вышел из сыскной далеко за полночь – долго расспрашивал бессарабского гостя о Гайдуке, потом читал привезённые из Кишинёва материалы. Когда приехал домой, горничная протянула ему визитную карточку. На ней значилось: «Николай Михайлович Хаджи-Македони, титулярный советник, пристав 3-го стана Хотинского уезда Бессарабской губернии».

– Вот те раз! Ещё одного румына нелёгкая принесла. Давно был?

– Первый раз в два часа приходили, потом в шесть вечера, а последний раз – в восемь.

– Однако, не терпится ему меня увидеть.

Кунцевич перевернул визитку и прочёл просьбу титулярного советника телефонировать ему в меблированные комнаты «Пале-Рояль» «в любое удобное господину коллежскому секретарю время». Мечислав Николаевич телефонировал.