Стрелок: Путь на Балканы. Путь в террор. Путь в Туркестан

«Куда тебя хрен несет?» – успел подумать Будищев, но видя, что за ним рванули остальные, тоже прибавил шаг.

Догнав нескольких отставших турок, они перекололи их штыками и готовы были двигаться дальше, как вдруг только что панически бежавшие аскеры остановились и, обернувшись к преследователям, начали стрелять. Первым свалился получивший пулю в ногу Лиховцев, Штерна Дмитрий сбил с ног сам и, тут же упав на землю, крикнул Гаршину: «Ложись!» А увидев, что тот не понимает, подсек его своей ногой и заставил-таки опуститься.

Затем он одним движением отстегнул штык и вложил его в ножны. Дальше он действовал как автомат. Не успев опуститься на землю, Дмитрий резко перекатился в сторону и, устроившись на спине, перезарядил винтовку. Затем на секунду приподняв голову, прицеливался и, тут же выстрелив, опускался обратно. Рычажный затвор позволял ему проделывать это очень быстро, и потому скоро рядом с ними не осталось ни одного живого турка.

– Леха, ты как? – крикнул он раненому товарищу.

– Нога! – простонал тот сквозь зубы.

– Сева, Коля, – окликнул он остальных, – ну-ка хватайте Лиховцева и тащите его к нашим, а я вас прикрою.

– Давайте вместе, – не согласился с ним Гаршин, но Будищев не стал его слушать.

– Отставить разговорчики! Кто здесь ефрейтор, я или тараканы? Приказываю тащить рядового Лиховцева на перевязочный пункт, причем по-пластунски и по возможности не поднимая задниц.

– Вольноопределяющегося Лиховцева, – машинально поправил его Штерн.

– Коля, после боя будешь умничать! Как доползете, можете обжаловать мой приказ у вышестоящего начальства, а теперь – исполнять!

– Есть, – нехотя отозвались приятели и попытались подхватить Алексея под руки и потащить так, – Вы чего, охренели? – злобно ощерился на них Дмитрий. – Разверните шинельную скатку да тащите его на ней, а то угробите, нафиг. И ногу перетянуть не забудьте, не то кровью истечет.

– Может, все-таки все вместе? – попробовал переубедить товарища Штерн.

– Коля… – выругался тот в ответ, – да тащите уже, а я вас прикрою! А будете чухаться, Лиховцев точно дуба врежет. Не бойся, я следом за вами потихонечку.

От турок не укрылось, что на поле остался один-единственный русский солдат, однако добраться до него никак не получалось. Как они ни старались окружить и захватить его, хитрый гяур ловко прятался в складках местности, ни на секунду не оставаясь на одном месте.