Мекленбургский дьявол

А если вспомнить, сколько горя принесли они России в не так давно миновавшую Смуту, так и вовсе, может, оно и к лучшему.

Цинично? Так я и не спорю. Я – это великий герцог Иоганн Альбрехт Мекленбургский, всенародно избранный Земским собором на московский трон. А еще когда-то я жил совсем в другом времени и представить себе не мог, что угожу в прошлое, где меня будет ожидать столько бурных приключений, кровавых сражений, великих побед и тяжелых потерь. А еще народная любовь и ненависть врагов.

– Доброе утро, государь, – заглянул в каюту мой бессменный телохранитель Корнилий Михальский.

Вот уже много лет, как бы рано я не проснулся, он встречает меня безукоризненно выбритым и тщательно одетым, как будто нам предстоит не обычный, полный тяжких трудов день, а торжественный прием в честь приезда иноземных послов.

– И тебе не хворать, – не удержавшись от зевка, ответил я бывшему лисовчику. – Вели подавать умываться.

– Как прикажете, – одними уголками губ усмехнулся тот.

Эх, мы же, можно сказать, в море! Утренний туалет свелся к тому, что один из матросов кинул за борт ведро, после чего, вытянув его за веревку, под одобрительный гогот команды вылил воду мне на голову.

– Тише вы, идолы! – беззлобно ругнулся на них Корнилий. – Царевича разбудите!

– Разбудишь их, как же, – ухмыльнулся я, вытираясь жестким холщовым полотенцем. – Небось сопят в четыре дырки без задних ног!

– Умаялись ребятки, – поддакнул денщик, подавая мне свежую рубаху и камзол.

Не прошло и нескольких минут, как я был готов явить себя городу и миру, хотя был ли готов принять меня город, большой вопрос.

После того как стало ясно, что враг повержен, мы, естественно, немного отпраздновали это дело. Мы – это я со своими приближенными и офицерами с одной стороны и казачья старши?на – с другой. Донцы и запорожцы на радостях изрядно перебрали и вповалку разлеглись прямо на палубе «Святой Елены», благо августовские ночи на Азовском море теплые и легкий бриз только освежал, а теперь стоят с помятыми лицами, настороженно поглядывая в мою сторону на освежающем ветерке.

В принципе, понять их можно. Царь я и есть царь, и неизвестно что от меня ожидать. Раньше ведь как? Ты, государь, царствуй в белокаменной Москве, а мы на Тихом Дону! А как теперь?

– Здорово, атаманы-молодцы, – усмехнулся я, глядя на нового войскового атамана Мартемьянова и его свиту.

Выглядит тот сущим разбойником, каким, к слову, и является, да и его старшины с есаулами не лучше.