Крысы в сапогах

Лейт только пожал плечами и уселся на плетенное кресло, наблюдая с веранды за прохожими.

Гарен cчитался одним из сильнейших мечников Далинграда. В далеком прошлом он был капитаном стражи, после – воевал с Кунтарцами в мелких конфликтах. Когда вернулся на Родину, ему не нашлось места, поэтому стал промышлять наемником меча и топора, пока не получил заказ на Эгрона. Об их встречах на злачных улицах города ходили легенды. Эгрон всегда каким-то чудом умудрялся обхитрить бывалого охотника за головами и ускользнуть от его меча.

К дружбе их привело взаимное уважение и случай.

В одно время у Гарена были большие проблемы с деньгами, он должен был немалую сумму местному ростовщику Пипу Монете, что ходил под Эррадом Последней Улыбкой, который по совместительству являлся лидером «Черных». – Отпетые негодяи со своим кодексом чести. Заказные убийства – их главный профиль. – Вспомнил слова Эгрона Лейт. С такими ребятами даже Гарен бы не справился. А вот у Эгрона в те дни золота было с избытком. Ему настолько понравились целеустремленность и биография Сивого, что он тайно оплатил все его счета.

Конечно же, об этом узнал Гарен и в следующей их стычке предложил свой меч Эгрону. Тогда еще обычный вор отказался от предложения, но внес свое: «Мечи я всегда могу украсть, мне этого не надо, но у честного вора всегда мало друзей. Друг бы мне сгодился.» Так и началось их сотрудничество.

Лейт уже успел заскучать, он пересчитал всех прохожих, прикидывая сколько у кого сможет стянуть, заприметил всех черных котов и голубей, дворовых псов, прокрутил в голове тысячу нелепых мыслей, когда, наконец, вышел Сивый и предложил войти в дом.

Внутреннее убранство особняка кричало о своей богатой природе – тут было и каменное дерево, и золотая посуда, и древние артефакты, и дорогие предметы искусства. Иной человек подумал бы, что у хозяина дома нет вкуса, но есть огромные деньги, которыми он кичится направо и налево. Но Лейт знал, что Эгрон на все это великолепие не потратил и медяка. Все это были трофеи его воровского ремесла.

– Он на втором этаже. – Сивый незаметно наклонился к уху Лейта.– На балконе, выходящим во двор.

– Как и всегда. Его любимое место.

– Не всегда. Раньше, когда ты еще в пеленки мочился, он любил сад.

– Не буду спорить. Тебе виднее, кто куда мочился, Сивый. – Съязвил Лейт, но вовремя исправился. – Я в самом хорошем смысле.

Гарен лишь угрюмо вздохнул и махнул рукой, мол иди уже, бедолага, жалко об тебя руки марать.