Заклятие Лусии де Реаль (сборник)

И оно, вне всякого сомнения, идет на сближение с нами! Что делать?

– Если это грязное корыто вызывает у вас страх, – надменно проговорил дон Мигель, – прикажите дать предупредительный выстрел и заставьте их поднять флаг. Если он у них есть, конечно. А шлюпки… это их забота. Наверное, они у них лишние. И больше не беспокойте меня по пустякам.

И, даже не взглянув на странное судно, капитан ушел в свою каюту.

Эскудеро пожал плечами и, вызвав старшего канонира лейтенанта Родригеса, приказал дать предупредительный выстрел.

Через минуту одна из пушек верхней палубы, расколов тишину, изрыгнула из своего жерла дым и пламя, и ядро, дико провизжав в воздухе, плюхнулось перед носом шнявы, подняв высокий фонтан воды.

На судне заметно усилилось движение. Но ни флага, ни каких-либо сигналов на нем не появилось. И, похоже, никто не собирался их поднимать. Как никто не собирался перекладывать руль или зарифлять паруса.

Эскудеро стоял в растерянности, не зная, что предпринять. Больше всего он боялся, что суда могут столкнуться, и это еще больше задержит и без того заметно отстающий «Сан Антонио».

Чтобы предотвратить столкновение, помощник капитана ничего лучшего не придумал, как приказать взять рифы.

Не прошло и десятка минут, как рифы на всех парусах были взяты, и галеон резко сбавил скорость, давая возможность шняве пройти перед своим носом…

Вы хотите стать богатыми?

«Черная звезда», подгоняемая свежим юго-восточным ветром, неслась под всеми парусами по покрывшемуся мелкой рябью океану.

Весть о Серебряном флоте, принесенная на судно Боулсом, Фиппсом и Мортоном, мигом облетела всю шняву. Пираты были в недоумении. Никто не мог понять, куда и зачем спешит «Блэк стар». Не собирается же Хейвуд атаковать испанский флот! Кажется, он пока еще в своем уме. Хотя… всякое может быть: капитан пиратского судна – должность нервная, не всякому по плечу. Но не вяжется как-то такой безумный поступок с осторожностью, если не сказать, трусостью капитана…

Однако заговорить с Хейвудом, спросить, что он замыслил, никто не решался.

Даже такая отчаянная голова, как Фиппс. Впрочем, если бы кто-то и спросил, то вряд ли получил бы ответ – Хейвуд стоял на мостике с непроницаемым лицом, стоял неподвижно, словно каменная статуя. Он лишь изредка подносил к глазам подзорную трубу да еще реже отдавал рулевому сухие отрывистые команды.

Незаметно переменился ветер. Теперь он дул с востока в корму «Блэк стара». Скорость шнявы заметно возросла.