Династический брак

Лорд? Он не ослышался?! Ведь его лишили титула и земель, а родовой замок передали одному из южных лордов. Как это понимать? Она оговорилась?

– Присядьте же, – более требовательно попросила императрица, он качнулся словно подрубленное дерево и упал на другой край постели.

Гостья немедленно придвинулась к нему так близко, что он почувствовал сладкий запах лотоса. Она быстро оглянулась на дверь и приблизила лицо к его уху. Тонкая дорогая ткань защекотала ухо и щёку, но он не посмел шевельнуть ни одним мускулом.

– Государство наше в страшной беде, славный лорд! – быстро зашептала она, отчего по телу узника побежали многочисленные мурашки. – Северные варвары собрали невиданные силы и устремились к нашим границам.

Ганор дёрнулся и посмотрел на неё в упор, желая проникнуть взглядом сквозь вуаль. Тогда она нетерпеливо схватила его за руку и потянула на себя. Это нарушало все мыслимые и немыслимые нормы этикета.

– На сей раз все три северных королевства решили действовать сообща…

Узник похолодел от ужаса.

– Уж не ведомо нам, как они преодолели разногласия друг с другом, но разведчики вовремя донесли о приближении невиданного войска к пограничной реке. На сей раз варвары решили полностью уничтожить нашу родину! И у них это выйдет, потому что никогда нам не собрать столь же могучую рать.

– Мы будем биться до последнего! – с убеждённостью опытного преданного воина воскликнул он.

– Тише! – зашипела она, впиваясь длинными ногтями в его левое предплечье, и оглянулась на дверь.

Ганор слышал взволнованное дыхание императрицы и ждал, когда она соберётся с силами, чтобы продолжить.

– Биться не придётся на сей раз! – снова горячо зашептала женщина, продолжая сжимать его руку. – У императора возник другой великий план, который может остановить извечную вражду и спасти нас от гибели.

Внезапно она всхлипнула, а узник часто заморгал, пытаясь предугадать, что же ему уготовано волей узурпатора.

– Северных королей трое… – она шумно сглотнула. – И есть способ отвести их оружие от нашей земли, хотя это и поставит нас в определённую зависимость от их воли. И если кто-то из них захочет при неблагоприятном исходе выдвинуть права на наши земли, то мы не сможем этому противиться.

Ганор решительно не понимал, о чём она толкует.

– Способ этот противен нашим желаниям и кажется жестоким, но иного не существует.