И тихий ветер веет. Роман в стихах

Да и могло ли быть иначе?

И понял я тогда, что в волю

Я наслажусь рекой свободы

За все умеренные годы

И, может быть, себе позволю

Устами к ней тогда прильнуть,

К гречанке, вняв любви всю суть.

L

Гляжу я в небо налету

И сторожу аэропорт,

А вместе с ним свою мечту:

Смотрю, какой же самолёт

Подарит мне от изобилья

Свои серебряные крылья.

Когда же совершу вояж?

В Европу? в США? на пляж?

На те златистые пески

Тайланда, Родоса, Колхиды,

Ну, на худой конец, Флориды?

Хотя, быть может, от тоски

Не убежать нам никуда:

Вокруг материков вода.

LI

Я опасался, что психоз

Случится у кого как раз,

Но, к сожалению, мороз,

Учёба разлучили нас.

Он – в опьяненье или ломке —

Тогда поддался странной гонке,

Как от убийцы иль ножа,

Пытаясь как-то убежа…,

Летел вперёд, как ураган;

И раж, и скорость и т. п.,

И в результате – ДТП.

(И этим начался роман).

На перекрёстке были сбиты

Старуха с дочерью – убиты?

LII

Но, может, это лишь мираж?

Воображенья, бреда плод?

Однако телерепортаж,

Да и помявшийся капот

Довольно ясно говорят,

Что это было.

Стал подозрителен и строг,

Как будто бы его сынок

Им лично в чём-то уличён.

Хоть в тот же вечер он от пятен

Отчистил всё, капот от вмятин

Исправлен – ездил он в салон.

Но в доме как-то неуютно

Всё становилось поминутно.

LII

LIII

В конце концов, душа устала.

Одно, однако, существо

Во всём их доме не внушало

Ему страданий, мать его!

На ласки вовсе не скупа

Она столь часто так слепа

К порокам чада своего,

Не замечая в нём того,

Что видно остальным вокруг.

Ни странных слов его набор,

Ни модный головной убор,

Ни странный полуночный друг —

Ничто не изменяет в ней

Любви тех светлых детских дней.

LV

Любовь её, увы, безмерна,

И потому была она

Ему, как тот венок из терна:

В нём большая ещё вина,

Чем в непрямом отцовском взгляде,

Что был, конечно, беспощаден,

Но к полной силе из-за слов

Столь громких не был всё ж готов.

Нередко поднимая крик

По важным поводам и нет

Истратил весь авторитет

Его отец, его старик.

Когда уж не внезапен гнев,

Его мы слышим, как распев.

LVI

Здесь подчеркну, что он – не я.

Ведь не был также он поэтом,

Не понимал, что есть семья.