Я === код

– В общем, смотри, Кирюха, какая ситуация, – начал он, когда официантка удалилась. – Мне батя твой рассказал, куда ты поступать собрался.

– Не одобряете?

– Не, почему? Я только за. Там перспективы хорошие. Я знаю людей, которые там учились, вот только… как бы тебе сказать… Есть информация и о тех, кто оттуда не вернулся.

– То есть, как?

– А вот так… странное место эта контора… У них кампус посреди леса, представляешь? Зачем?

– Я думал, вы знаете, зачем, – Кирилл пожал плечами. Он как-то ждал, что Николай Всеволодович, наоборот, прояснит ему ситуацию, а тот зачем-то принялся нагнетать мистику.

И от этого было не по себе.

– Ну, мы-то, допустим, кое-что знаем… или предполагаем… и поэтому я и хотел с тобой поговорить, прежде, чем ты туда отправишься.

– Это… вербовка, да? – уточнил Кирилл.

Николай Всеволодович в ответ на это заливисто расхохотался.

– Эх ты, Джеймс Бонд! – усмехнулся он, выждав предварительно, когда удалится официантка, принесшая их кофе.

 – Вербовать его кто-то будет! Да нет же, парень, ты послушай. Там происходят нехорошие вещи. По моим данным. Некоторые не хотят в них участвовать. Но не все могут отказаться, понимаешь?

– Вы можете не говорить загадками? – попросил Кирилл. – Какие нехорошие вещи? Там что, приносят в жертву девственниц?

– Угу, – Николай Всеволодович кивнул с усмешкой. – И девственников. Тебе как, есть, чего бояться?

Он вдруг прыснул со смеху от собственной шутки.

– Ну, а серьезно?

– А серьезно – все это очень смахивает на деструктивный культ, – ответил Николай Всеволодович, мгновенно посерьезнев.

Но не такой, где, знаешь, у людей квартиры отбирают ради попадания в рай. Другой, похитрее. Люди оттуда выходят… другими. Не то чтобы прямо с промытыми мозгами, но что-то вроде того.

– Так значит, мне туда лучше, все-таки, не поступать?

– Нет, ну как… ты уже большой мальчик, сам должен решать… я и отцу твоему сказал, нечего ограничивать молодое поколение в выборе своей судьбы… у нас свободная страна… – он хохотнул и снова замолк, ожидая, когда официантка поставит его на стол его пасту и уйдет.

Кирилл решил, что это, видимо, профессиональное.

– Может быть, с тобой ничего плохого там и не случится, – продолжил Николай Всеволодович, а затем снова ненадолго замолчал, но теперь уже только потому, что набросился на пасту – видать, в самом деле был голоден. – Но береженого – бог бережет.