Чернолесье

Я закрыл оконную створку и прижался к ней, тяжело дыша и оставляя влажный след на стекле.

Не меньше пары минут потребовалось мне, чтобы, наконец, отлипнуть от стекла и оглядеться по сторонам. Я оказался в обычной квартире, обставленной довольно бедно. Темный советский шкаф-стенка с покосившимися дверцами, письменный стол с клавиатурой и древним, грязным ЭЛТ-монитором, массивным, как бетонная глыба. Обшарпанный паркет на полу.

Я двинулся по нему к дверям, ступая очень осторожно, словно кто-то мог меня услышать.

Что еще притаилось в этой квартире? Руки у меня тряслись, сердце готово было выломать ребра и выскочить из груди, словно давешняя муха. Я мог ожидать чего угодно.

Стараясь не скрипеть, я нажал на ручку белой межкомнатной двери и медленно открыл ее. За ней оказался темный коридор с отошедшими местами от стен виниловыми обоями, выложенный серым ковролином. Он упирался в маленькую прихожую с зеркалом и прибитой к стене пустой вешалкой. В старой деревянной входной двери торчал ключ.

Что там за ней? Почему-то мне показалось, что, скорее всего, за ней окажется такой же унылый коридор, в котором я блуждал полчаса назад.

От одной мысли об этом сердце тоскливо сжалось. Где вообще тот фэнтезийный сеттинг, о котором говорил Грановский? Это что, все? Какая-то игра, при всей крутости эффектов, очень уж недоделанная.

– Настя, что там за дверью? – спросил я. – Такой же коридор?

Тишина. Так и должно быть? Она говорила, что будет меня слышать во время теста. Но не обещала, что будет отвечать.

– Настя, мне нужно понимать, что все идет по плану, – сказал я, стараясь делать вид, что мне совсем не страшно. – Скажи, что-нибудь.

Молчание. Тихонько треснул паркет под моим ботинком. Может быть, сломалась связь? Но они, наверное, уже прекратили бы тестирование в таком случае. Или нет?

Я подошел к двери и повернул ключ. Звук вращающегося механизма показался мне ужасно громким в тишине темной квартиры. Дверь подалась, и я осторожно приоткрыл ее. Из щели ударила полоска неяркого дневного света.

Никакого коридора там не было.

Глава 5

За дверью оказалась вершина окруженного редколесьем небольшого холма, неравномерно поросшая зеленовато-серой травой и низеньким суховатым кустарником. Почему-то больше всего меня поразило то, что только что я был в полной темноте, а за порогом был день, хотя и не слишком светлый: небо было затянуто плотным одеялом серых комковатых туч, из которого сыпался мелкий противный дождь.