Страсть умеет лгать

Хотя это неблагодарность с моей стороны. Она сразу после бегства дочери могла сдать меня и сестру в приют, однако, вырастила нас как уж могла.

Впрочем, все сентиментальные чувства исчезли, как только Михаил открыл ключам двери, и я увидела ее лицо. На нем была нарисована сложная смесь облегчения, превосходства и злорадства. Ровно до того мгновения, как управляющий взял спящего ребенка на руки.

– Стой! Куда ты его тащишь, негодяй! – заорала она и вцепилась в ногу мальчика.

Михаил взглянул на нее и припечатал:

– Подделка документов, Анна Афанасьевна, подделка доверенности, хищение двухсот пятидесяти тысяч долларов, взятки должностным лицам на сумму пятьдесят тысяч долларов… Продолжать?

– Не понимаю, о чем вы! – взвизгнула она, но побледнела.

– Я еще не упомянул завтрак, которым вы накормили мужа перед его последним, трагически закончившимся полетом. После чего вы стали получать военную пенсию своего супруга.

Бабушка охнула и прикрыла рукой рот, с ужасом вытаращившись на мужчину.

– Это случайность, господи боже мой, это случайность, видит Бог! Откуда вы знаете? Кто вы такой?! – она выпустила ногу правнука и трясущимися руками схватилась за свой пакет, вытряхнула вещи на диван, открыла аптечку, вытащила блистер с таблетками и судорожно бросила в рот сразу две.

Я отобрала у нее блистер и аптечку и положила на стол. Подняла с пола папку. Бабушка не заметила, она, сев на диван, горько рыдала, закрыв лицо ладонями.

– Уходим, Эль, – скомандовал Михаил и бросил ключи от квартиры на стол. – Анна Афанасьевна, не забудьте запереть квартиру, когда вас уведет полиция. Не хотелось бы, чтобы имущество моего друга пострадало.

Она не услышала, она самозабвенно выла.

– Элина, с ней все будет в порядке, обещаю, – Михаил, удерживая одной рукой ребенка, потянул меня за плечо к выходу.

Я очнулась и побежала к распахнутой двери.

Две машины с сиренами попались нам навстречу, когда мы были уже в двух кварталах от дома дяди Васи. Еще через три квартала встретилась парочка мощных черных БМВ. Я не знала, конечно, едут ли они именно за нами, но сердце екнуло.

Димка спал на моих коленях на заднем сиденье, за темными стеклами вряд ли кто-то нас разглядел.