Любовь и корона. Книга 2. Любовь и лёд

Если отозвать воды с Севера, то что останется от владыки льдов и снегов? Да с него и дворца достаточно – он наполовину построен из льда!

Принцесса сделала из услышанного совершенно неожиданный вывод и махнула в сторону окна, за которым выла снежная буря.

– Тогда почему вы это не остановите, лорд Яррен? Не снимете снежный барьер, чтобы мы могли бежать в Гардарунт? Вы же инсей!

Горец смутился.

– Наполовину. Я полукровка, и всех тайн инсейской магии не знаю. Но служитель в часовне наверняка знает больше меня.

На том и порешили: спрятать принцессу в храме, а к императору отправить Мару представительницей невесты.

* * *

Алэр отступил на шаг от своего творения и улыбнулся слегка безумной улыбкой творца, пребывающего в эйфории от самого процесса созидания, когда из-под его рук выходит нечто необыкновенное, волшебное; когда маг чувствует себя воистину демиургом, равным богам-создателям.

Он с любовным трепетом и нежностью провел подушечками пальцев по лицу стоявшей перед ним девушки, и на ее щеках появился легкий румянец.

Ее грудь равномерно вздымалась, шевеля упавшую на обнаженный сосок темно-рыжую прядь, рыжие ресницы трепетали, а на алых блестящих губах играла чуть смущенная улыбка.

– Прекрасно! Совершенно, Марцела! – выдохнул император, и от его дыхания на длинных ресницах и гладких щеках девушки осели снежинки.

И не растаяли.

Алэр нахмурился. Осмотрел опочивальню, заваленную обломками льда с женскими очертаниями – неудачные экземпляры, которые он в досаде разбил и не удосужился убрать.

Его взгляд упал на столик у ложа с хрустальным флаконом, горевшим рубиновой звездой.

– Время, время… У меня его нет! Особенно, на эксперименты. Если ее раскусили какие-то юнцы с первого взгляда, то мой ненавистный враг тем более поймет… Нет, не пойдет… нужна живая, теплая… А если… Растает или нет? Или попробовать иначе? Через кровь посредника… Хм…

Он осторожно, двумя пальцами взял рубиновый флакон с «Корнем солнца», взболтал, рассыпав по хрустальным стенам рыжевато-алые огненные отблески, и плеснул на дно стоявшего рядом бокала.

Поморщился, когда в воздухе поплыл густой медовый запах.

– Выпей, Марцела, – приказал император снегурочке.

– Благодарю, мой император, – снежить присела в реверансе, поднялась и слегка рваным шагом двинулась к столику.

Это были последние шаги в недолгой жизни ледяной куклы.