Лорды гор. Любовь и корона

Мне учитель показывал такие шутки. Как твоё имя, многоликий?

– Льеос. – Северянин перестал улыбаться. – Как ты узнал, что я обладаю силой смены ликов? И как много наших тайн выдал тебе предатель Рагар?

– Твоему господину понравится, как ты называешь его брата, Льеос.

– Ты не ответил.

– Я на допросе, а ты – имперский дознаватель? Странно, кронпринц почему-то считает тебя своим оруженосцем. Или уже разжаловал?

Льеос заскрежетал зубами и сжал кулаки.

– И ещё тебя слишком легко вывести из себя, Льеос, – откровенно насмехался Яррен.

– Да кто ты такой, человечишка! Ашшш…

Горец щёлкнул пальцами. Губы ласха внезапно побелели, и он схватился за них, не в силах произнести ни звука. Зато с пальцев ласха роем взметнулись радужные сполохи и… осыпались на пол разноцветным мерцающим ковром, закружившимся в спираль. Северянин выпучил глаза.

Горец криво усмехнулся:

– Тише, тише, девушки отдыхают с дороги, а ты тут шуметь вздумал. Пойдём, Льеос, нельзя заставлять кронпринца ждать.

– Яррен, – окликнул его Кандар. – Спасибо.

– Не за что, дружище, – широко улыбнулся полукровка и обратил взор на ласха. – Прости, северянин. Ты же должен понимать, что твоё воздействие на моего боевого товарища так просто не снять, нужно было тебя обезвредить. Ничего личного. Других свидетелей твоего проигрыша не было, а мы никому не скажем.

Ласх вырвал локоть из его цепких пальцев.

– Ты всегда такой, горец?

– Полугорец, если быть точным, – поправил Яррен со смешком. – Всегда. Разве принц Игинир тебя не предупредил?

– Предупредил. Он сказал: не связываться ни при каких обстоятельствах.

– Умён наследник, не отнимешь. Потому его так не любит император? Или тут что-то другое?

– Ты действительно ждёшь, что я отвечу? Считаешь меня дураком?

– Нет. Хотя с твоей стороны было глупо изображать невинную игру в снежки, когда ты навязывал моему другу свою волю.

– Тебе показалось.

– Конечно, – охотно согласился полукровка. – А ты всерьёз решил сменить господина, Льеос?

Северянин замер на полушаге.

– С чего ты взял, что…

– Или, скорее, ты никогда его не менял, – не дал ему опомниться Яррен, – а сразу был приставлен императором к его наследнику в качестве шпиона. Предупреждаю: рук не распускать, у меня дипломатическая неприкосновенность.