Охота на чупакабру, или влюблены и очень опасны

Алиса тщательно упаковала драгоценный трофей, поужинала, наслаждаясь полным одиночеством и комфортом, от которого, успела слегка отвыкнуть за последнее, несколько трудное для нее, время, а затем, подняв трубку телефона, пропела сладким, волнительным голосом:

– Алло, Славчик, как ты там, соскучиться не успел?

*

– Эта неухоженная девица, вертит тобой, как хочет! – Алиса, сменившая откровенное платье на более простецкий наряд, вольготно расположилась в любимом кресле своего экс-супруга, презрительно рассматривая остатки немудреной трапезы бизнесмена, более присущей, какому-нибудь пролетарию, а не владельцу крупного центра, всем известной торговой сети «Семь*Я».

Обнаружив в собственной спальне Алисины чемоданы, а в ванной – крема и шампуни, Смолкин попросту струсил и сбежал из квартиры, предпочитая дезертировать с поля боя, а не вести активные действия.

Алиса, предвидевшая подобный поворот событий, во всю, муштровала прислугу, наслаждаясь, пусть призрачной, но властью, а Смолкин, ночевал в кабинете, отлеживая бока на жестком, новомодном диванчике, который выбирала, кстати, бывшая жена.

– Отстань! – Смолкин был не расположен обсуждать достоинства и недостатки Саши Шевчук, тем более, с бывшей супругой. Ему, совершенно, не хотелось разговаривать с Алисой. – Это, совершенно тебя не касается.

Он все время ожидал подвоха, насмешки, шантажа и ножа в спину.

По части подлостей, Алиса была мастерицей.

– Когда же ты поумнеешь, Славчик? – Алиса налила себе бокал вина из пузатой бутылки, которую нагло притащила прямо из торгового зала и выудила из коробки конфетку.

Смолкин, так не считавший, обиженно засопел, и Алиса удовлетворенно вздохнула.

–Твоя Саша – маленькая хищница, решившая слегка разжиться за счет обеспеченного мужика. – Алиса, лениво отхлебывала из бокала янтарную жидкость и сверлила Смолкина взглядом красивых глаз. – Микроволновка, стиральная машинка…Что у тебя еще выудила эта пронырливая особа – кольцо с бриллиантом, шубу, путевку на Мальдивы?

Смолкин, потерявший дар речи от возмущения, лишь вращал глазами, а Алиса, ничуть не смутившись, продолжала говорить:

– Впрочем, Мальдивы – слишком жирно, для подобной особы.